7 симфония шостаковича аргумент к сочинению егэ

седьмая, ленинградская, блокадная inter arma silent musae латин.. вряд ли это выражение на слуху у русских людей, но все же

«Седьмая», «Ленинградская», «Блокадная»…

Inter arma silent Musae (латин.). Вряд
ли это выражение на слуху у русских людей, но все же многие слышали его
перевод: «Когда говорят пушки, музы молчат». Кажется, оно не прижилось в нашей
культуре потому, что наши русские музы в годы сражений не молчали НИКОГДА! А.
Ахматова, Д.Шостакович, В.Твардовский, В. Некрасов, П.Кончаловский, К.Симонов…
Проще сказать, что все, кто мог сочинять пронзительные стихи и прозу, писать вдохновляющие
картины, создавать чудесную музыку, брали в руки оружие и сражались с врагом,
но и творить не прекращали. Они знали, что дар, данный им свыше, нужно отдавать
от себя, ведь он должен служить во благо людям. Именно поэтому произведения,
написанные в годы невзгод, звучат по-особенному, в каждом из них особый след,
часть истории нашего Отечества.

                                       I

                                                                  «Не
будет город покорён!» —

                                                                  Мы
нашим мёртвым обещали.

                                                                               В. Азаров

8 сентября 1941 года наступил самый страшный день для
Ленинграда: была объявлена его блокада. В ноябре  начался голод. Далее
перестали работать трамваи, пришли небывалые холода, замерз водопровод… Люди
слабели, но при этом работали по 12- 14 часов в сутки, так как очень хотели
изгнать врага со своей родной земли и вернуться в довоенное время. Истощенные,
распухшие от голода, они не отходили от станков, засыпая в цеху и снова
возвращаясь к работе. Фашисты ждали, что вот-вот иссякнут силы ленинградцев и
они сдадутся. Триумфальное шествие врагов по городу должно было состояться 9
августа 1942 года. Этот день, несомненно, вошел бы в победы Германии, но он
вошел совсем в другой календарь, в музыкальный. 9 августа 1942 года – особый
день, День торжества музыки.

                                       II

                                               Я всего лишь
хотел запечатлеть образ                                                 нашей
страны, которая так отчаянно                                                   сражается
в собственной музыке.                                                                               Д.Шостакович

По воспоминаниям сына великого Д.Шостаковича, композитор
задолго до войны задумал написать вариации в стиле пассакалья по мотивам
псалмов Давида. Как и у всех, у него в то время было много планов, творческими
идеями он делился со студентами. Но 1941 год стал словно водоразделом в жизни
советских людей, изменилась жизнь и у музыканта. В первый же день войны он
вернулся к работе над отложенным произведением, и постепенно религиозные начала
Псалтыри сменились в нем образами горя человеческого. А как иначе? С первых
дней войны Д.Шостакович являлся бойцом противоздушной обороны, практически проживал
в консерватории, дежурил на крышах домов. Он не спал и не ел, неустанно сочинял,
отрываясь только на дежурства. Его любимый город стонал от горя, именно поэтому
в собственной музыке он смог отразить его мучительную боль. В основу  великого
произведения лег образ страдающего народа, образ героической страны, отчаянно
сражающейся с врагами за мир, за свою землю. В октябре уже были готовы три
части симфонии, но сложнее всего
было писать финал. Конечно, о себе давало знать горе: в начале —
разлука с близкими, эвакуация к ним в Куйбышев, затем — переживания за маму и
сестру, которые остались в Ленинграде.

                                       III

                                                               Это
были первые залпы по                                                                Рейхстагу!

                                                                       Е.Линд,
создатель музея                                                                            Седьмой
симфонии

Впервые симфонию услышали  5 марта 1942 года во дворце
культуры города Куйбышева (ныне Самара). Дирижировал оркестром Большего театра
Самуил Самосуд. На премьеру приехали корреспонденты из разных стран мира,
неудивительно, что ее захотели исполнять  все известные филармонии. Такой
триумф, конечно, произвел впечатление в музыкальных кругах, но у композитора
была другая мечта, намного скромнее: «Моя мечта, чтобы Седьмая симфония в
недалеком будущем была исполнена в Ленинграде, в родном моем городе, который
вдохновил меня на ее создание».

И вот наступило это время, когда мечта стала реальностью, 9 
августа 1942, в день, в который фашисты планировали вступить в Ленинград,
родной город Д.Шостаковича, симфония зазвучала во всем городе. В зале городской
филармонии ее исполнил Большой симфонический оркестр  Ленинградского оркестра
под  управлением Карла Элиасберга.

Трудно поверить, что это свершилось: играл настоящий оркестр,
а в это времени на улице разрывались снаряды. Кажется, что эти звуки музыки и
орудий сплелись, соединились.

С трудом удалось собрать музыкантов, ведь люди ослабли от
голода, поэтому передвигались с трудом. Кого-то выносили из оркестровой ямы, а
заменяли их люди из ополчения и окопов действующей армии. Зал  грели
прожекторами, чтобы можно было играть. А когда перед оркестром  появился Карл
Элиасберг,  весь зал встал, встречая его оглушительными аплодисментами. Теперь
мы можем только догадываться, как удалось, превозмогая мучения и голод добраться
до концертного зала, откуда взялись силы у музыкантов и зрителей для оваций.
Вопросов много, ответ один – сила духа русских людей. После концерта музыканты
бросились обнимать друг друга, неожиданно за кулисами появилась маленькая
девочка с букетом живых цветов. Один из  музыкантов говорил, что в
этот момент они воскресли.

Выступление транслировалось по всем громкоговорителям города,
многие останавливались и плакали от гордости за свою страну. О дне блокадной
премьерыЕ.Линд сказал так; «Ни один снаряд не упал на Площадь Искусств, но зато
на головы врага из радиоприемников, репродукторов потрясающим всепобеждающим
потоком обрушилась лавина звуков, доказав, что дух – первичен».

                                IV   

                                               Седьмая
симфония посвящена                                                            торжеству
человеческого в человеке.

                                                               А.Толстой

Музыку каждый чувствует по-своему. Но что же испытывают те,
кто слышит звучание Седьмой симфонии?

Рассказывают, что после войны к К.Элиасбергу  обратился
турист из Германии. Он рассказал, что участвовал в осаде Ленинграда. А потом
произнес: «Мы всегда слушали ваши концерты по радио, именно тогда я понял, что
если вы, находясь в нечеловеческих условиях, транслируете классическую музыку,
нам никогда вас не победить.  После  этого я сдался в плен». Мне кажется, что
итогом стала Седьмая симфония.

Максим Шостакович, сын Дмитрия Шостаковича, тоже известный музыкант,
вспоминал, как впервые услышал симфонию при ее первом исполнении в Куйбышеве.
Ему было 3 года: «Было очень страшно. Тема произвела страшное впечатление.
Особенно эпизоды нашествия, которые ассоциировались с карикатурами на
фашистов». Он долго не мог заснуть и плакал, а няня все ночь читала Псалтырь.

Я немного разбираюсь  в музыке, так как окончила музыкальную
школу и играю в оркестре и школьном ансамбле. Слушая Седьмую симфонию, я
представляю ужас в глазах людей. Первая часть для меня – это картины мирной
жизни, которые прерываются звуками барабанов, а в музыке они часто изображают
нашествие врагов. Несмотря на разную  тональность, от умиротворенной до
трагической, побеждает энергичный финал, который звучит  динамично, даря всем
надежду на победу.

·     Осиновская Ульяна

У этого термина существуют и другие значения, см. Симфония № 7.

Запрос «Ленинградская симфония» перенаправляется сюда; см. также другие значения.

Симфония № 7 «Ленинградская» до мажор соч. 60 — симфония Дмитрия Дмитриевича Шостаковича в 4 частях, одно из важнейших его произведений, созданное в 1941 году[1]. Первые три части симфонии были закончены в сентябре 1941 года в блокадном Ленинграде. 1 октября композитор вместе с семьёй был вывезен через Москву в Куйбышев, где 27 декабря 1941 года и была закончена симфония. Её премьера состоялась 5 марта 1942 года в Куйбышеве.

История создания[править | править код]

В апреле 1941 года Дмитрий Шостакович отправился в Ростов-на-Дону на гастроли, после окончания которых отдыхал с женой Ниной Васильевной в санатории Дома учёных в крымской Гаспре, недалеко от Ялты. Вернулся композитор в Ленинград в мае 1941 года, где продолжил занятия с учениками в классе композиции Ленинградской консерватории, а также работу на должности председателя государственной экзаменационной комиссии на фортепианном факультете[2].
22 июня в 10 часов утра, как обычно пунктуальный и педантичный Шостакович, прибыл в консерваторский Малый зал имени А. К. Глазунова для проведения государственного выпускного экзамена. Однако обычной процедуре прослушивания помешало сообщение о начале войны, в связи с чем экзамены были прерваны[3].

7 симфония шостаковича аргумент к сочинению егэ

С началом Великой отечественной войны, у композитора, как и у большинства советских людей, отсутствовали сомнения в быстрой победе над гитлеровской Германией, что прежде всего было вызвано продолжительной советской пропагандой. В свете этого, поражения начального периода войны первоначально воспринимались лишь как итог вероломного и внезапного нападения нацистских войск[4]. 22 или 23 июня Шостакович подал заявление о зачислении его добровольцем в Красную армию, однако ему отказали, сказав чтобы он подождал некоторое время. Во второй раз он обратился для участия в военных действиях после того как услышал речь Иосифа Сталина, в которой тот призывал граждан вступить в народное ополчение[5]. После этого композитор отправился на сборный пункт при заводе Полиграфмаш, где в это время формировалась третья дивизия народного ополчения, которая была предназначена для дислокации в районе Красного села. Однако и на этот раз Шостаковича не взяли в армию, а по просьбе друзей и знакомых, зачислили на строительство оборонных сооружений Ленинграда[6]. Он продолжил работать в консерватории, проводя занятия вплоть до 1 июля, после чего не пошёл в отпуск и в третий раз обратился с прошением принять его в ополчение, так как опасался, что про него попросту забыли. После этого ему поручили возглавить музыкальную часть Ленинградского театра народного ополчения, состоящую из баянистов, что было не совсем по душе композитору. Он снова стал просить принять его в армию, но военный комиссар пытался убедить его, что он принесёт больше пользы на музыкальном поприще. После этой очередной попытки он был освобождён от музыкальной деятельности в театре ополчения и композитора хотели даже без его согласия эвакуировать из города. В итоге, после его настойчивых обращений он был зачислен в пожарную команду противовоздушной обороны. От этого периода времени дошли несколько фотографий, на которых он в пожарной каске и комбинезоне. В его обязанности входило тушить загоревшиеся дома, а также выполнять другие противопожарные функции по обороне города[7]. Этот период отмечен созданием песни «Клятва наркому» для солиста и хора. Она была написана на слова поэта Виссариона Саянова, и отмечена интересом композитора к знаменитой песне «Священная война» Александра Александрова на стихи Василия Лебедева-Кумача[8].

Некоторые авторы считают, что к работе над своей Седьмой симфонией Шостакович приступил ещё за несколько лет до начала войны. Так, его известная ученица и композитор Галина Уствольская вспоминала, что в 1939—1940 году Шостакович рассказывал ей, что почти закончил симфонию, над которой он работал: «Осталось дописать коду и кое-что поправить; упоминал о том, что не знает, как лучше назвать симфонию: „Ленин“ или „Ленинская“ — Дмитрий Дмитриевич очень уважал В. И. Ленина и всегда хотел посвятить ему какое-то своё сочинение»[9]. Из воспоминаний композитора известно, что это произведение создавалось в четырёх частях и имело программный характер: «Первая часть — юношеские годы Ильича; вторая — Ленин во главе Октябрьского штурма; третья — смерть Владимира Ильича и четвёртая — без Ленина по ленинскому пути». По его словам, он написал ряд музыкальных фрагментов, которые должны были войти в «7-ю симфонию памяти гениального вождя человечества»[10]. По мнению биографа композитора Соломона Волкова, установить, что из первоначальной версии вошло в законченную симфонию не представляется возможным, но то, что над её замыслом Шостакович активно работал, находит подтверждение в том, что Седьмая симфония была включена в план концертного сезона 1941—1942 Ленинградской филармонии, который был объявлен весной 1941 года[11]. Биограф и исследователь творчества Шостаковича Софья Хентова предполагает, что он видимо намеревался посвятить этой симфонии лето 1941 года, когда освободится от преподавательской и организационной работы в консерватории[12]. Однако польский композитор и известный биограф Шостаковича Кшиштоф Мейер сомневается в реалистичности и законченности такого замысла предполагая, что это был «очередной блеф», приводя в качестве аналогичного примера объявленную за шесть лет до этих событий поэму «От Карла Маркса до наших дней», которая так и не была закончена. Согласно его версии, такое поведение объясняется следующим образом: «Композитор не раз говорил о сочинениях, которых вовсе не собирался писать, чтобы таким способом выкроить себе немного времени для спокойной работы над чем-нибудь другим». Мейер отмечает, что «мнимая работа» над этой симфонией продолжалась до 1940 года и была прервана сочинением Симфонии № 6, над созданием которой он работал на протяжении весны—осени 1939 года[13]. Российский музыковед Левон Акопян писал, что «попытки» пересмотра истории создания симфонии и её датировки стали «модными» после 1979 года и резюмировал: «Все они основаны на свидетельствах, не заслуживающих ни малейшего доверия»[14].

В первой половине июля Шостакович написал несколько песен и переложений. После того как в направлении на фронт ему было окончательно отказано, а от исполнения функций пожарного его всё чаще стали отрывать для выполнения музыкальной деятельности, он решился взяться за крупное сочинение в симфоническом жанре. Первоначально оно было задумано в виде вокально-симфонического произведения, так как он решил, что текст может лучше передать военную тематику. Композитор намеревался самостоятельно написать слова к симфонии, но вскоре отказался от этой идеи и приступил к сочинению чисто инструментальной музыки. Как он позже вспоминал, это было связано с тем, что симфоническая музыка передавала его мысли «значительно сильнее». Увлечённый композицией он стал напряжённо над ней работать и уходя на дежурство, стал брать ноты на крышу, чтобы не тратить время: «таскал туда партитуру — не мог от неё оторваться»[15]. Имеются сведения, что в качестве первоначального замысла рассматривалась одночастная форма симфонии, но этот вариант также был отвергнут в ходе работы и постепенно сочинение стало разрабатываться как масштабный четырёхчастный цикл с увеличенным составом оркестра[16].

Согласно некоторым данным, знаменитая «тёмная» тема первой части симфонии была написана Шостаковичем до начала Великой Отечественной войны — в конце 1930-х годов или в 1940-м году. Это были вариации на неизменную тему в форме пассакальи, по композиционному замыслу сходные с «Болеро» Мориса Равеля. Простая тема, поначалу безобидная, развиваясь на фоне сухого стука малого барабана, в конце концов вырастала в страшный символ подавления[1]. В 1940 году Шостакович показывал это сочинение коллегам и ученикам, но не опубликовал и публично не исполнял[1]. Когда летом 1941 года композитор начал писать новую симфонию, пассакалья превратилась в большой вариационный эпизод, заменивший разработку в первой её части, законченной в августе[1][17]. Близкий друг Шостаковича литературовед Исаак Гликман вспоминал, что в первых числах августа 1941 года тот по телефону пригласил его прийти к нему на квартиру. Дмитрий Дмитриевич выглядел похудевшим, задумчивым, усталым и при встрече сказал, что хотел увидеть Гликмана в связи с тем, что хотел показать начало задуманного им симфонического произведения, которое возможно «никому не понадобится, раз свирепствует такая небывалая война». Композитор на рояле исполнил «возвышенно-прекрасную» экспозицию и тему вариаций, изображающую фашистское нашествие. Они оба были очень взволнованны, а Шостакович даже прослезился, что было для него довольно характерно при исполнении своих новых сочинений. После этого автор музыки произнёс: «Я не знаю, как сложится судьба этой вещи, — и после паузы добавил, — досужие критики, наверное, упрекнут меня в том, что я подражаю „Болеро“ Равеля. Пусть упрекают, а я так слышу войну»[18]. Встретившись со своим знакомым Михаилом Зощенко композитор в разговоре сказал, что работает над новой симфонией, работа продвигается и должно получиться хорошо. На вопрос писателя чему она будет посвящена, Шостакович ответил: «Пожалуй, точной темы нет. Но в общем тема военная, борьба, героизм советского народа…» На Зощенко общение с композитором произвело большое впечатление и в своей статье «В эти дни» он отразил общие чувства от встречи с ним следующим образом: «За тонкими чертами лица — мужество, сила и большая непреклонная воля»[19].

С 1 сентября авианалёты люфтваффе участились, композитору с семьёй приходилось всё чаще скрываться в бомбоубежище, где охваченный замыслом старался не задерживаться и возвращался в квартиру работать над чистовой партитурой первой части, которая была закончена 3 сентября[20]. В сентябре 1941 года, в уже блокадном Ленинграде (блокада началась 8 сентября), Шостакович написал вторую часть и начал работу над третьей[1]. Первые три части симфонии он писал в доме Бенуа на Каменноостровском (тогда — Кировском) проспекте[21]. 6 сентября 1941 года он писал своему коллеге Виссариону Шебалину, что испытывает сверхъестественное физическое и умственное напряжение и отмечал: «Сочиняю я с адской скоростью и не могу остановиться». Левон Акопян в своей работе «Феномен Дмитрия Шостаковича» писал, что создание Симфонии № 7 знаменует начало периода «творческой эйфории» композитора. В течение этого необычайно плодотворного времени, был создан целый ряд значительных произведений, и он продолжался почти без спадов на протяжении нескольких лет[22].

Про ход создания симфонии композитор сообщил в прессе в октябре 1941 года следующее:

Первая часть этого произведения была мною закончена 3 сентября, вторая — 17 сентября, а третья — 29 сентября.
Сейчас я заканчиваю последнюю, четвертую часть. Я никогда не сочинял так быстро, как сейчас[23].

1 октября композитор вместе с семьёй был вывезен из Ленинграда; после недолгого пребывания в Москве он отправился в Куйбышев, где 27 декабря 1941 года и была закончена симфония[1].

Премьеры[править | править код]

Премьера произведения состоялась 5 марта 1942 года в Куйбышеве, где в то время находилась в эвакуации труппа Большого театра. Седьмая симфония была впервые исполнена в Куйбышевском театре оперы и балета оркестром ГАБТ СССР под управлением дирижёра Самуила Самосуда[1]. Премьера симфонии транслировалась радиостанциями на территорию как Советского Союза, так и за границу, а открывало трансляцию выступление Шостаковича[5].

Второе исполнение произошло 29 марта под управлением С. Самосуда — симфония была впервые исполнена в Москве. Чуть позже симфонию исполнил оркестр Ленинградской филармонии под управлением Евгения Мравинского, находившийся в то время в эвакуации в Новосибирске[1].

Зарубежная премьера Седьмой симфонии состоялась 22 июня 1942 года в Лондоне — её исполнил Лондонский симфонический оркестр под управлением Генри Вуда. 19 июля 1942 года состоялась американская премьера симфонии в Нью-Йорке — её исполнил Симфонический оркестр Нью-Йоркского радио под управлением дирижёра Артуро Тосканини[1].

Структура[править | править код]

  1. Allegretto
  2. Moderato — Poco allegretto
  3. Adagio
  4. Allegro non troppo

Состав оркестра[править | править код]

Симфония написана для оркестра в составе:

Состав оркестра. Ленинград 1942 г.[править | править код]

10 1-х скрипок

1. С. А. Аркин (солист);
2. Л. М. Маргулис;
3. С. Л. Левин;
4. В. С. Минаев;
5. В. С. Прессер;
6. Э. С. Гитер;
7. С. К. Ерманок;
8. А. Д. Гершкович;
9. С. И. Панфилов;
10. В. Н. Вердников.

8 2-х скрипок

1. Б. В. Савельев; 2. Х. И. Окунь; 3. А. Л. Зацарный; 4. С. Б. Слободская; 5. Р. А. Качковская; 6. П. И. Левитин; 7. Г. Ф. Фесечко; 8. И. О. Крестин.

6 Альтов

1. И. А. Ясенявский (солист); 2. И. И. Пиорковский; 3. Е. Д. Игнатенко; 4. А. И. Наровлянский; 5. Н. И. Миняев; 6. В. А. Елизаров.
4 Виолончели
1. К. М. Ананян (солист); 2. А. Н. Сафонов; 3. Н. В. Храмов; 4. М. И. Шостаков.
4 Контрабаса
1. П. Д. Цемко (солист); 2. М. В. Базаревский; 3. Г. Ф. Керкешко; 4. Д. Я. Фёдоров.
2 Арфы
1. Л. А. Покровская (солист); 2. Д. Ф. Григорьев.
1 Рояль
1. Н. Д. Бронникова.
4 Флейты
1. С. Ф. Телятник (солист); 2. Г. Ершова; 3. А. И. Соловьёв (солист); 4. Д. С. Кацман (солист).
3 Гобоя
1. Е. Л. Шах (солист); 2. К. М. Матус; 3. В. К. Петрова (солист).
5 Кларнетов
1. Г. А. Сергеев (солист); 2. М. В. Васильев; 3. И. С. Фадеев; 4. К. К. Степанов; 5. А. С. Быстрицкий (солист).
3 Фагота
1. Г. С. Медведев (солист); 2. Г. З. Ерёмкин; 3. А. И. Курганский.
9 Валторн
1. Н. М. Дульский (солист); 2. Н. Н. Фёдоров; 3. П. К. Орехов; 4. Н. М. Нагорнюк; 5. Б. А. Петров; 6. С. Б. Горелюк; 7. М. Т. Парфёнов; 8. И. Д. Павлов; 9. Л. Н. Копанский.
7 Труб
1. Д. Ф. Чудненко (солист); 2. П. В. Грисяк; 3. Г. Д. Климов; 4. В. П. Елисеев; 5. Н. А. Носов; 6. А. Ф. Поклад; 7. В. А. Вахрамеев.
7 Тромбонов
1. В. М. Орловский (солист); 2. М. Е. Смоляк; 3. В. И. Юдин; 4. В. П. Богданов; 5. И. И. Карпец; 6. Н. М. Плеханов; 7. М. А. Идельсон.
2 Тубы
1. А. Н. Шастовский; 2. И. З. Мурзенков.
1 Литавры
1. В. Е. Осадчук (солист).
4 Ударные
1. А. А. Петров; 2. А. И. Чулюкин (з. а. р.); 3. К. М. Куликов; 4. Ж. К. Айдаров.
Дирижёр К. И. Элиасберг; ассистент дирижёра С. А. Аркин;
Руководители духовых оркестров, участвовавших в исполнении симфонии:
1. Интендант I ранга А. М. Геншафт; 1. Инспектор оркестра А. Р. Прессер; 3. Интендант III ранга К. И. Маслов; 4. Библиотекарь О. О. Шемякина.
(Большой зал Филармонии)

Премьера симфонии в блокадном Ленинграде[править | править код]

Премьера симфонии № 7 в Ленинграде прошла 9 августа 1942 года в Большом зале Ленинградской филармонии. Оркестром Ленинградского радиокомитета дирижировал Карл Элиасберг[1]. В дни блокады некоторые музыканты умерли от голода. Репетиции были свёрнуты в декабре. Когда в марте они возобновились, играть могли лишь 15 ослабевших музыкантов[25]. Для восполнения численности оркестра пришлось отозвать музыкантов из военных частей[1].

Исполнение[править | править код]

Исполнению придавалось исключительное значение; в день первого исполнения все артиллерийские силы Ленинграда были брошены на подавление огневых точек противника[1]. Несмотря на бомбы и авиаудары, в филармонии были зажжены все люстры.

Действительно, — вспоминал кларнетист Виктор Козлов, — включены были все люстры хрустальные. Зал был освещён, так торжественно. Такой подъём был у музыкантов в настроении, так играли с душой эту музыку[26].

Зал филармонии был полон, а публика была самой разнообразной: вооружённые моряки и пехотинцы, а также одетые в фуфайки бойцы ПВО и похудевшие завсегдатаи филармонии[25].

Новое произведение Шостаковича оказало сильное эстетическое воздействие на многих слушателей, заставив плакать, не скрывая слёз. В великой музыке нашло своё отражение объединяющее начало: вера в победу, жертвенность, безграничная любовь к своему городу и стране[27].

Во время исполнения симфония транслировалась по радио, а также по громкоговорителям городской сети. Её слышали не только жители города, но и осаждавшие Ленинград немецкие войска. Много позже, двое туристов из ГДР, разыскавшие Элиасберга, признались ему:

Тогда, 9 августа 1942 года, мы поняли, что проиграем войну. Мы ощутили вашу силу, способную преодолеть голод, страх и даже смерть…[28]

Галина Лелюхина, флейтистка:

Были репродукторы, немцы всё это слышали. Как потом говорили, немцы обезумели все, когда это слышали. Они-то считали, что город мёртвый[29].

Солдат Николай Савков, артиллерист 42 армии, написал стихотворение во время секретной операции «Шквал» 9 августа 1942 года, посвящённое премьере 7 симфонии и самой секретной операции[30].

Истории исполнения симфонии посвящён фильм «Ленинградская симфония», а также часть экспозиции созданного в 1968 году музея «А музы не молчали…», посвящённый культуре и искусству Ленинграда периода Великой Отечественной войны[31][32].

В ноябре 2021 года вышел 8-серийный российский телесериал «Седьмая симфония» режиссёра Александра Котта, посвящённый истории первого исполнения произведения в Ленинграде[33][34].

Память[править | править код]

  • В 1985 году на стене Филармонии была установлена мемориальная доска с текстом: «Здесь, в Большом зале Ленинградской филармонии, 9 августа 1942 года оркестр Ленинградского радиокомитета под управлением дирижёра К. И. Элиасберга исполнил Седьмую (Ленинградскую) симфонию Д. Д. Шостаковича»[35].
  • В 2006 году часть Рабочей улицы в Самаре, где Д. Д. Шостакович жил в эвакуации и завершил партитуру Симфонии № 7, была переименована в улицу Шостаковича, двумя годами ранее была открыта мемориальная доска, посвящённая завершению симфонии.

Знаменитые исполнения и записи[править | править код]

Живые исполнения[править | править код]

  • Среди выдающихся дирижёров-интерпретаторов, осуществивших записи Седьмой симфонии, — Рудольф Баршай, Пааво Берглунд, Леонард Бернстайн, Валерий Гергиев, Кирилл Кондрашин, Евгений Мравинский, Василий Петренко, Геннадий Рождественский, Евгений Светланов, Леопольд Стоковский, Юрий Темирканов, Артуро Тосканини, Бернард Хайтинк, Карл Элиасберг, Марис Янсонс, Неэме Ярви.
  • Начиная с исполнения в блокадном Ленинграде, симфония имела для советской и российской власти огромное агитационно-политическое значение. 21 августа 2008 года фрагмент первой части симфонии был исполнен в разрушенном грузинскими войсками южноосетинском городе Цхинвале оркестром Мариинского театра под управлением Валерия Гергиева. Прямая трансляция показана по российским каналам «Россия», «Культура» и «Вести», англоязычному каналу RT, а также транслировалась в эфире радиостанций «Вести ФМ» и «Культура». На ступенях разрушенного в результате артобстрела здания парламента симфония была призвана подчеркнуть параллель между грузино-южноосетинским конфликтом и Великой Отечественной войной.
  • На музыку 1-й части симфонии был поставлен балет «Ленинградская симфония», получивший широкую известность[36].

Саундтреки[править | править код]

  • Мотивы симфонии можно услышать в игре «Антанта» в теме прохождения кампании или сетевой игры за Германскую империю.
  • В анимационном сериале «Меланхолия Харухи Судзумии», в серии «День Стрельца», используются фрагменты Ленинградской симфонии. Впоследствии, на концерте «Suzumiya Haruhi no Gensou» Токийским государственным оркестром исполнялась первая часть симфонии.
  • Симфония также звучит в качестве фоновой музыки, сопровождая приход немцев в советский провинциальный город, в фильме «Секретарь райкома» 1942 года (реж. Иван Пырьев).
  • Симфония звучит музыкальной иллюстрацией вторжения захватчиков в СССР в 1941 году в фильме «Падение Берлина».

Примечания[править | править код]

  1. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 Кенигсберг А. К., Михеева Л. В. Симфония № 7 (Дмитрий Шостакович) // 111 симфоний. — СПб.: «Культ-информ-пресс», 2000.
  2. Хентова, 1981, с. 148.
  3. Хентова, 1981, с. 150.
  4. Хентова, 1993, с. 245.
  5. 1 2 Д. Д. Шостакович. Жизнь и творчество. 1941. Документальная хроника. DSCH. (недоступная ссылка)
  6. Хентова, 1993, с. 246—247.
  7. Мейер, 1998, с. 233—234.
  8. Величко, Артём. Дмитрий Шостакович: первые дни войны // Musicus. — 2015. — № 3. — С. 3—6.
  9. Гладкова, Ольга. «Галина Уствольская. Музыка как наваждение». — СПб.: Музыка, 1999. — С. 31. — 168 с. — ISBN 5-85772-006-0.
  10. «Шостакович о времени и о себе» // М. М. Яковлев. — М.: Советский композитор, 1980. — С. 75. — 376 с.
  11. Волков, 2006, с. 398.
  12. Хентова, 1981, с. 149.
  13. Мейер, 1998, с. 224—225.
  14. Акопян, 2018, с. 286.
  15. Хентова, 1981, с. 157—158.
  16. Шостакович Д. Д. Посвящённая ленинградцам // Когда пушки гремели… 1941— 1945 / П. С. Дариенко. — М.: Искусство, 1973. — С. 187. — 352 с.
  17. Сост. Л. Б. Римский. Шостакович Д. Д. // Хейнце — Яшугин. Дополнения А — Я. — М. : Советская энциклопедия : Советский композитор, 1982. — (Энциклопедии. Словари. Справочники : Музыкальная энциклопедия : [в 6 т.] / гл. ред. Ю. В. Келдыш ; 1973—1982, т. 6).
  18. Гликман, 1993, с. 22.
  19. Зощенко М. М. В эти дни // В боях за Родину. Выпуск 10. — Свердловск, 1941. — С. 8—9.
  20. Хентова, 1986, с. 22.
  21. «Ленинградская симфония». Музыка как оружие // РИА Новости. — 09.08.2012.
  22. Акопян, 2018, с. 285.
  23. Д. Д. Шостакович. Опус 60. Симфония № 7 до мажор (недоступная ссылка). dsch.shostakovich.ru. Дата обращения: 20 апреля 2020. Архивировано 6 мая 2020 года.
  24. Ukraine, Victor Goncharenko,. Оркестровая музыка. Партитуры. Шостакович Д. Симфонии. Нотная библиотека классической музыки. Дата обращения 29 января 2017.
  25. 1 2 Ветлов С. «Секретное оружие» осаждённого Ленинграда // Мариупольская жизнь. — 31.08.2012. Архивировано 27 июня 2014 года.
  26. Мария Закорецкая. «Симфония о победном торжестве всего высокого и прекрасного» // Русская народная линия. — 17.10.2011.
  27. Лариса Ваганова. Симфонический оркестр Карельской государственной филармонии исполнит легендарную Седьмую симфонию Дмитрия Шостаковича // Официальный портал органов государственной власти Республики Карелия. — 03.05.2011.
  28. Владимир Желтов. Город выжил, потому что жил. Часть II // Невское время. — 25.12.2013.
  29. Надежда Сикорская. Что общего у Малера и Шостаковича? // Наша газета. — 20.04.2012.
  30. Огненная симфония // Листки блокадного календаря. — Л.: Лениздат, 1988.
  31. А музы не молчали. spbmbmus.ru. Дата обращения: 22 апреля 2020.
  32. Петров, Андрей. Подвижник из «Золотой книги» |. Невское время. nvspb.ru. Дата обращения: 22 апреля 2020.
  33. Опубликован первый трейлер драмы «Седьмая симфония» с Гуськовым и Боярской. vesti.ru. Дата обращения: 31 мая 2021.
  34. Алексей Гуськов собирает оркестр в блокадном Ленинграде в трейлере «Седьмой симфонии» (Видео). www.intermedia.ru (25 мая 2021). Дата обращения: 31 мая 2021.
  35. Михайловская ул., 2, мемориальная доска. Энциклопедия Санкт-Петербурга. Комитет по государственному контролю, использованию и охране памятников истории и культуры и др. Дата обращения: 5 января 2017.
  36. Ленинградская симфония // Балет: Энциклопедия. — М.: Советская энциклопедия, 1981.

Литература[править | править код]

  • Акопян Л. О. Феномен Дмитрия Шостаковича. — СПб.: Издательство РХГА, 2018. — 756 с. — ISBN 978-5-88812-851-0.
  • Волков, Соломон. Шостакович и Сталин: Художник и царь. — М.: ЭКСМО, 2006. — 654 с. — ISBN 5-699-16572-X.
  • Гликман И. Д. Письма к другу: Письма Д. Д. Шостаковича к И. Д. Гликману / Составление и комментарии И. Д. Гликмана. — М., СПб: DSCH, Композитор, 1993. — 336 с. — ISBN 5-85285-231-7.
  • Данилевич Л. В. Дмитрий Шостакович: Жизнь и творчество. — М.: Советский композитор, 1980.
  • Кенигсберг А. К., Михеева Л. В. 111 симфоний. — СПб.: Культ-информ-пресс, 2000. — 671 с. — ISBN 5-8392-0174-X.
  • Мазель, Лев. Симфонии Д. Д. Шостаковича. — М.: Советский Композитор, 1960. — 160 с.
  • Мейер, Кшиштоф. Дмитрий Шостакович: Жизнь, творчество, время / Перевод Е. Гуляевой. — СПб.: Композитор, 1998. — 559 с. — ISBN 5-7379-0043-6.
  • Петров В. О. Творчество Шостаковича на фоне исторических реалий XX века. — Астрахань:: Изд-во ОГОУ ДПО, 2007. — 188 с.
  • Русов Л. А. «Ленинградская симфония. Дирижирует Евгений Александрович Мравинский». 1982. // Иванов С. В. Неизвестный соцреализм. Ленинградская школа. — СПб: НП — Принт, 2007. — 109 с.
  • Хентова С. М. Д. Шостакович. Жизнь и творчество: Монография. — Ленинград: Советский композитор, 1986. — Т. 2. — 624 с.
  • Хентова С. М. Шостакович в Петрограде — Ленинграде. — Ленинград: Лениздат, 1981. — 384 с.
  • Хентова С. М. Удивительный Шостакович. — СПб.: Вариант, 1993. — 266 с. — ISBN 5-88416-008-9.
  • Шостакович Д. Д. Собрание сочинений в 42-х томах / Э. В. Денисов. — М.: Музыка, 1981. — Т. 4. — 383 с.
  • Д. Д. Шостакович: pro et contra, антология / Сост., вступительная статья, комментарии Л. О. Акопяна. — СПб.: РХГА, 2016. — 812 с. — ISBN 978-5-88812-814-5.
  • Ярустовский Б. М. Симфонии о войне и мире. — М.: Наука, 1966. — 371 с.

Ссылки[править | править код]

  • Д. Д. Шостакович. Опус 60. Симфония № 7 до мажор на официальном сайте Дмитрия Шостаковича Архивная копия от 6 мая 2020 на Wayback Machine
  • Opus 60 — 60 лет спустя…
  • Инго Метцмахер — 7 симфония Шостаковича (Classica.FM)
  • Другая Седьмая

В блокадном Ленинграде, когда в городе разрывались снаряды, от холода и голода погибали люди, искусство не умирало. По радио звучали стихи советских поэтов, военные песни, читали свои произведения писатели. Всё это поддерживало жителей Ленинграда, вселяло в них веру в победу.

В августе 1942 года в осаждённом городе прозвучала Седьмая симфония Дмитрия Шостаковича, которая имеет подзаголовок «Ленинградская». Но больше ей подходит название «Легендарная». Зал филармонии был полон. Здесь были солдаты, матросы, жители города. Огромное воздействие оказала музыка композитора на людей, дала им новые силы для борьбы с врагом.

Вернуться к списку: Сочинение ЕГЭ. Аргументы

Сочинение ЕГЭ 2021

Подготовка к концерту шла в тяжелейших условиях. Город находился в блокаде уже почти год, профессиональных музыкантов в нём осталось очень мало. Многие погибли или умерли от голода, кто-то ушёл на фронт или был эвакуирован. Остальные были заняты в мероприятиях по защите и обороне Ленинграда, здоровье оставляло желать много лучшего. Дирижёрскую палочку доверили Карлу Элиасбергу.

Дирижер Карл Элиасберг

«По радио объявляли, что приглашаются все музыканты. Было тяжело ходить. У меня была цинга, и очень болели ноги. Сначала нас было девять, но потом пришло больше. Дирижера Элиасберга привезли на санях, потому что от голода он совсем ослабел. Мужчин даже вызывали с линии фронта. Вместо оружия им предстояло взять в руки музыкальные инструменты», — вспоминала участница блокадного концерта флейтистка Галина Лелюхина.

На валторне играл зенитчик, на тромбоне — пулемётчик. Ударника Жаудата Айдарова Элиасберг спас из мертвецкой, заметив, что его пальцы ещё шевелятся. Музыкантам выдали дополнительные пайки и приступили к репетициям.

Симфония в блокадном Ленинграде

Коллаж: Пятый канал

355-й день блокады ознаменовался концертом. Премьеру 7-й симфонии Дмитрия Шостаковича назначили на 9 августа. Вообще-то в этот день немцы планировали захватить город, но вышло по-другому. Незадолго до этого Ленинградский фронт возглавил Леонид Говоров, будущий маршал. Он приказал вести по вражеским батареям непрерывный массированный огонь в течение всего концерта. Фашистские снаряды не должны были мешать ленинградцам слушать музыку.

Маршал Леонид Говоров

Зал филармонии был переполнен, но концерт услышали не только те, кто имел билет. Благодаря радиотрансляции, репродукторам и громкоговорителям музыкой могли насладиться все жители города, его защитники и даже немцы за линией фронта. Уже после войны Элиасберг встретился с участниками войны, находившимися по другую сторону баррикад. Один из них признался, что именно тогда понял, что борьба проиграна.

Читайте также

Мужество и героизм советских солдат — одна из главных причин победы в беспрецедентной по масштабам войне. Но Красной Армии помогли серьёзные научно-технические прорывы военных конструкторов. Самое время вспомнить легендарные образцы оружия, которые привели наших дедов и прадедов в Берлин.

Видео: архив Пятого канала

Первые наброски, вошедшие в седьмую симфонию, появились ещё до войны, но целенаправленную работу над новым музыкальным произведением Дмитрий Шостакович начал уже летом 1941 года. После начала блокады музыкант закончил писать вторую часть и приступил к третьей. Закончить симфонию удалось в эвакуации, а потом самолёт прорвался в Ленинград и доставил партитуру. Музыка отразила чувства жителей: тревогу, боль, но и в то же время веру в будущую победу, которая наполняла силами в самые тяжкие моменты блокадной жизни.

Композитор Дмитрий Шостакович

В честь 75-летия концерта в Петербурге прошли памятные мероприятия. Ночью седьмая симфония сопровождала разведение Дворцового моста. На берегах Невы собрались сотни горожан и туристов.

А днём на Дворцовой площади открылась экспозиция военной техники времён войны.

В Президентской библиотеке началась другая выставка — «Блокада глазами современных художников». А впереди ещё торжественный концерт на главной площади города и авто-мотопробег по Невскому проспекту.

Седьмая симфония сплотила ленинградцев и в самый сложный момент показала, что город продолжает жить. Так весь мир увидел, что великая музыка, написанная кровью, обладает сокрушительной силой. А жители и защитники блокадного Ленинграда получили памятник, который невозможно разрушить. Даже в Польше и Прибалтике, где сейчас ломают монументы советским солдатам, симфония Шестаковича звучит столь же решительно и мощно, как и 75 лет назад.

Есть в истории эпизоды, вроде бы далёкие от героики. Но они остаются в памяти величавой легендой, остаются на перекрёстке наших надежд и скорбей. Тем более, если история связана с высшим искусством – музыкой.

Этот день – 9 августа 1942 года – остался в летописи Великой Отечественной, в первую очередь, как свидетельство о несокрушимом ленинградском характере. В этот день состоялась Ленинградская, блокадная премьера Седьмой симфонии Дмитрия Дмитриевича Шостаковича.

Над своей главной (позволим себе столь субъективную оценку) симфонией Дмитрий Шостакович работал в первые недели Блокады, а завершил её в Куйбышеве. На нотных страницах то и дело появлялась пометка – ВТ, воздушная тревога. Тема нашествия из Ленинградской симфонии стала одним из музыкальных символов нашей страны, её истории. Она звучит как реквием по жертвам , как гимн тем, кто «Бился на Ладоге, дрался на Волхове, не отступил ни на шаг!».

Блокада продолжалась около 900 дней — с 8 сентября 1941 по 27 января 1944 года. За это время на город было сброшено 107 тыс. авиабомб, выпущено около 150 тыс. снарядов. Только по официальным данным там умерли от голода 641 тыс. ленинградцев , погибли от бомбежек и обстрелов около 17 тыс. человек, около 34 тыс. были ранены…

Лязгающая, «железная» музыка – образ беспощадной силы. Перевёрнутое болеро, в котором столько же простоты, сколько сложности. Ленинградские радиорепродукторы передавали монотонный стук метронома – он многое подсказывал композитору.

Вполне вероятно, что идею «Нашествия» Шостакович нашёл ещё до войны: эпоха предоставляла достаточно материала для трагических предчувствий. Но симфония родилась в дни войны, и образ осаждённого Ленинграда придал ей вечный смысл.

Уже в июне 1941-го Шостакович осознавал, что начинаются роковые дни, быть может, главной схватки в истории. Он несколько раз пытался добровольцем пойти на фронт. Казалось, что там он нужнее. Но 35-летний композитор уже оседлал мировую славу, власти знали об этом. И Ленинграду, и стране он был необходим как композитор. По радио звучали не только новые произведения Шостаковича, но и его патриотические воззвания – сбивчивые, но заострённо искренние.

В первые дни войны Шостакович пишет песню «Клятва наркому». Вместе с другими добровольцами он роет укрепления под Ленинградом, ночами дежурит на крышах, гасит зажигательные бомбы. На обложке журнала «Тайм» выйдет портрет композитора в каске пожарного… Этим героическим городским будням посвящена одна из песен Шостаковича на стихи Светлова – «Фонарик». Правда, Светлов писал о Москве:

Бессменный часовой


Все ночи до зари,


Мой старый друг – фонарик мой,


Гори, гори, гори!

Помню время сумрака туманного,


Тех ночей мы помним каждый час, –


Узкий луч фонарика карманного


В ночи те ни разу не погас.

Первую часть симфонии он представил небольшой дружеской аудитории в прифронтовом Ленинграде. «Вчера, под грохот зениток, в небольшой компании композиторов Митя… сыграл две первые части 7-ой симфонии…

14 сентября все же состоялся оборонный концерт при переполненном зале. Митя играл свои прелюдии…

Как я молю Бога, чтоб он сохранил его жизнь… У меня в минуты опасности обычно вырастают крылья и помогают мне преодолевать невзгоды, но все же я становлюсь никуда не годной и плаксивой старухой…

Враг бесчинствует сейчас в Ленинграде, но все мы пока живы и здоровы…», – писала жена композитора.

В конце октября их эвакуировали из Ленинграда. По дороге Шостакович едва не потерял партитуру… Каждый день ему вспоминался Ленинград: «С болью и гордостью смотрел я на любимый город. А он стоял, опаленный пожарами, закаленный в боях, испытавший глубокие страдания войны, и был еще более прекрасен в своем суровом величии». И снова рождалась музыка: «Как было не любить этот город… не поведать миру о его славе, о мужестве его защитников. Моим оружием была музыка».

5 марта 1942 года, в Куйбышеве, состоялась премьера симфонии, ее исполнил оркестр Большого театра под управлением Самуила Самосуда. Несколько позже Седьмая симфония прозвучала и в Москве. Но ещё до этих блистательных концертов о новой симфонии на всю страну с жаром писал Алексей Толстой. Так начиналась большая слава Ленинградской…

А что же случилось 9 августа 1942-го? По плану гитлеровского командования в этот день Ленинград должен был пасть.

Дирижёр Карл Ильич Элиасберг с превеликим трудом собрал оркестр в блокадном городе. Во время репетиций музыкантам выделили дополнительные пайки. Ударника Жаудата Айдарова Карл Ильич отыскал в мертвецкой, заметил, что пальцы музыканта слегка шевельнулись. “Он же живой!” – собравшись с силами, крикнул дирижер, и спас музыканта. Без Айдарова симфония в Ленинграде не состоялась бы – ведь именно он должен был выбивать барабанную дробь в “теме нашествия”.

Карл Ильич Элиасберг руководил симфоническим оркестром Ленинградского радиокомитета – единственным, который не покидал северную столицу во дни блокады.

«Мы принимали участие в работе единственной в Ленинграде фабрики Союзкинохроники, озвучив большую часть кинокартин и киножурналов, выпущенных кинохроникой за годы блокады. Весь состав нашего коллектива награжден медалями «За оборону Ленинграда», несколько же человек получили грамоты Ленинградского горсовета. Отошли в прошлое тяжелые времена. Война закончилась великой победой. Вглядываясь в лица своих товарищей-оркестрантов, я вспоминаю то мужество и геройство, с каким переживали они тяжелые годы. Я вспоминаю наших слушателей, пробиравшихся на концерты по темным улицам Ленинграда, под гром артиллерийской стрельбы. И чувство глубокой взволнованности и благодарности охватывает меня», – вспоминал Элиасберг. Главный день в его биографии – то самое 9-е августа.

Специальным самолетом, прорвавшимся в город сквозь огненное кольцо, в город доставили партитуру симфонии, на которой была авторская надпись: «Посвящается городу Ленинграду». Для исполнения были собраны все музыканты, еще оставшиеся в городе. Их оказалось всего лишь пятнадцать, остальных унёс первый год блокады, а требовалось не менее ста!

И вот сожглись хрустальные люстры в зале Ленинградской филармонии. Музыканты в потрепанных пиджаках и гимнастерках, публика в ватниках… Только Элиасберг – со впалыми щеками, но в белой манишке, при бабочке. Войскам Ленинградского фронта был отдан приказ: ” Во время концерта ни одна бомба, ни один снаряд не должны упасть на город”. И город внимал великой музыке. Нет, это была не погребальная песнь Ленинграду, но музыка непоборимой силы, музыка будущей Победы. Восемьдесят минут израненный город прислушивался к музыке.

Через громкоговорители концерт транслировали по всему Ленинграду. Его слышали и немцы на передовой. Элиасберг вспоминал: «Отзвучала симфония. В зале раздались аплодисменты… Я прошел в артистическую… Вдруг все расступились. Быстро вошел М.Говоров. Он очень серьезно, сердечно говорил о симфонии, а уходя сказал как-то таинственно: «Наших артиллеристов тоже можно считать участниками исполнения». Тогда, честно говоря, я не понял этой фразы. И только много лет спустя узнал, что М.Говоров (будущий маршал Советского Союза, командующий Ленинградским фронтом – прим. А.З.) отдал приказ, на время исполнения симфонии Д.Д.Шостаковича, нашим артиллеристам вести интенсивный огонь по вражеским батареям и принудить их к молчанию. Я думаю, что в истории музыки такой факт – единственный».

“Нью-Йорк Таймс” писала: “Симфония Шостаковича была равносильна нескольким транспортам с вооружением”. Бывшие офицеры Вермахта вспоминали: ” Мы слушали симфонию в тот день. Именно тогда, 9 августа 1942 года стало ясно, что война нами проиграна. Мы ощутили вашу силу, способную преодолеть голод, страх, даже смерть”. А симфония с тех пор так и называется – Ленинградская.

Через много лет после войны поэт Александр Межиров (в 1942-м он сражался на Ленинградском фронте) напишет:

Какая музыка была!


Какая музыка играла,


Когда и души и тела


Война проклятая попрала.

Какая музыка во всем,


Всем и для всех – не по ранжиру.


Осилим… Выстоим… Спасем…


Ах, не до жиру – быть бы живу…

Солдатам голову кружа,


Трехрядка под накатом бревен


Была нужней для блиндажа,


Чем для Германии Бетховен.

И через всю страну струна


Натянутая трепетала,


Когда проклятая война


И души и тела топтала.

Стенали яростно, навзрыд,


Одной-единой страсти ради


На полустанке – инвалид,


И Шостакович – в Ленинграде

Арсений Замостьянов

70 лет назад, 9 августа 1942 года, в блокадном Ленинграде была исполнена Седьмая симфония до мажор Дмитрия Шостаковича, получившая позже название «Ленинградская».

«С болью и гордостью смотрел я на любимый город. А он стоял, опаленный пожарами, закаленный в боях, испытавший глубокие страдания бойца, и был еще более прекрасен в своем суровом величии. Как было не любить этот город, воздвигнутый Петром, не поведать всему миру о его славе, о мужестве его защитников… Моим оружием была музыка»
, — писал позже композитор.

В мае 1942 года партитура была доставлена в осажденный город самолетом. На концерте в Ленинградской филармонии Симфонию №7 исполнял Большой симфонический Оркестр Ленинградского радиокомитета под управлением дирижера Карла Элиасберга. Некоторые из оркестрантов умерли от голода, и их заменили музыканты, отозванные с фронта.

«Обстоятельства, при которых была создана Седьмая, были оглашены по всему миру: первые три части были написаны примерно за месяц в Ленинграде, под огнем немцев, которые добрались до этого города в сентябре 1941 года. Симфония, таким образом, считалась прямым отражением событий первых дней войны. Никто не учитывал манеру работы композитора. Шостакович писал очень быстро, но только после того, как музыка полностью оформлялась в его сознании. Трагическая Седьмая была отражением довоенной судьбы и композитора и Ленинграда».

Из книги «Свидетельство

«Первые слушатели не связывали известный «марш» из первой части Седьмой с немецким вторжением, это — результат более поздней пропаганды. Дирижер Евгений Мравинский, друг композитора тех лет (ему посвящена Восьмая симфония), вспоминал, что, услышав марш из Седьмой по радио в марте 1942 года, он подумал, что композитор создал всеобъемлющую картину глупости и тупой пошлости.

Популярность эпизода марша скрыла очевидный факт, что первая часть — а в действительности, и произведение в целом — полна скорби в стиле реквиема. Шостакович при любой возможности подчеркивал, что для него центральное место в этой музыке занимает интонация реквиема. Но слова композитора преднамеренно игнорировались. Довоенные годы, в действительности полные голода, страха и массовых убийств невинных людей в период сталинского террора, рисовались теперь в официальной пропаганде как светлая и беззаботная идиллия. Так почему бы не представить симфонию «символом борьбы» с немцами?»

Из книги «Свидетельство . Воспоминания Дмитрия Шостаковича,
записанные и отредактированные Соломоном Волковым».

РИА Новости. Борис Кудояров

Жители блокадного Ленинграда выходят из бомбоубежища после отбоя тревоги

Потрясенный музыкой Шостаковича, Алексей Николаевич Толстой
так писал об этом произведении:

«…Седьмая симфония посвящена торжеству человеческого в человеке.

Седьмая симфония возникла из совести русского народа, принявшего без колебаний смертный бой с черными силами. Написанная в Ленинграде, она выросла до размеров большого мирового искусства, понятного на всех широтах и меридианах, потому что она рассказывает правду о человеке в небывалую годину его бедствий и испытаний. Симфония прозрачна в своей огромной сложности, она и сурова, и по-мужски лирична, и вся летит в будущее, раскрывающееся за рубежом победы человека над зверем.

Тема войны возникает отдаленно и вначале похожа на какую-то простенькую и жутковатую пляску, на приплясывание ученых крыс под дудку крысолова. Как усиливающийся ветер, эта тема начинает колыхать оркестр, она овладевает им, вырастает, крепнет. Крысолов со своими железными крысами поднимается из-за холма… Это движется война. Она торжествует в литаврах и барабанах, воплем боли и отчаяния отвечают скрипки. И вам, стиснувшему пальцами дубовые перила, кажется: неужели, неужели все уже смято и растерзано? В оркестре — смятение, хаос.

Нет, человек сильнее стихии. Струнные инструменты начинают бороться. Гармония скрипок и человеческие голоса фаготов могущественнее грохота ослиной кожи, натянутой на барабаны. Отчаянным биением сердца вы помогаете торжеству гармонии. И скрипки гармонизируют хаос войны, заставляют замолкнуть ее пещерный рев.

Проклятого крысолова больше нет, он унесен в черную пропасть времени. Смычки опущены, — у скрипачей, у многих, на глазах слезы. Слышен только раздумчивый и суровый, — после стольких потерь и бедствий, — человеческий голос фагота. Возврата нет к безбурному счастьицу. Перед умудренным в страданиях взором человека — пройденный путь, где он ищет оправдания жизни».

Концерт в блокадном Ленинграде стал своеобразным символом сопротивления города и его жителей, но и сама музыка вдохновляла всех кто ее слышал. Вот как писала поэтесса
об одном из первых исполнений произведения Шостаковича:

«И вот 29 марта 1942 года объединенный оркестр Большого театра и Всесоюзного радиокомитета исполнил Седьмую симфонию, которую композитор посвятил Ленинграду, назвал Ленинградской.

В Колонный зал Дома Союзов пришли известные всей стране летчики, писатели, стахановцы. Тут было много фронтовиков — с Западного фронта, с Южного, с Северного, — они приехали в Москву по делам, на несколько дней, с тем чтобы завтра вновь отправиться на поля сражения, и все же вырвали время прийти послушать Седьмую — Ленинградскую — симфонию. Они надели все свои ордена, пожалованные им Республикой, и все были в лучших своих платьях, праздничные, красивые, нарядные. А в Колонном зале было очень тепло, все были без пальто, горело электричество, и даже пахло духами.

РИА Новости. Борис Кудояров

Ленинград в дни блокады во время Великой Отечественной войны. Бойцы противовоздушной обороны ранним утром на одной из улиц города

Первые звуки Седьмой симфонии чисты и отрадны. Их слушаешь жадно и удивленно — так вот как мы когда-то жили, до войны, как мы счастливы-то были, как свободны, сколько простора и тишины было вокруг. Эту мудрую, сладостную музыку мира хочется слушать без конца. Но внезапно и очень тихо раздается сухое потрескивание, сухая дробь барабана — шепот барабана. Это еще шепот, но он все неотступнее, все назойливее. Короткой музыкальной фразой — печальной, монотонной и вместе с тем какой-то вызывающе веселой — начинают перекликаться инструменты оркестра. Сухая дробь барабана громче. Война. Барабаны уже гремят. Короткая, монотонная и тревожная музыкальная фраза овладевает всем оркестром и становится страшной. Музыка бушует так, что трудно дышать. От нее никуда не деться… Это враг наступает на Ленинград. Он грозит гибелью, трубы рычат и свищут. Гибель? Ну что же — не боимся, не отступим, не отдадим себя в плен врагу. Музыка бушует неистово… Товарищи, это о нас, это о сентябрьских днях Ленинграда, полных гнева и вызова. Яростно гремит оркестр — все в той же монотонной фразе звенят фанфары и неудержимо несут душу навстречу смертельному бою… И когда уже нечем дышать от грома и рева оркестра, вдруг все обрывается, и в величественный реквием переходит тема войны. Одинокий фагот, покрывая бушующий оркестр, поднимает ввысь свой низкий, трагический голос. И потом поет один, один в наступившей тишине…

«Я не знаю, как охарактеризовать эту музыку, — говорит сам композитор, — может быть, в ней слезы матери или даже чувство, когда скорбь так велика, что слез уже не остается».

Товарищи, это про нас, это наша великая бесслезная скорбь о наших родных и близких — защитниках Ленинграда, погибших в битвах на подступах к городу, упавших на его улицах, умерших в его полуслепых домах…

Мы давно не плачем, потому что горе наше больше слез. Но, убив облегчающие душу слезы, горе не убило в нас жизни. И Седьмая симфония рассказывает об этом. Ее вторая и третья части, тоже написанные в Ленинграде, — это прозрачная, радостная музыка, полная упоения жизнью и преклонения перед природой. И это тоже о нас, о людях, научившихся по-новому любить и ценить жизнь! И понятно, почему третья часть сливается с четвертой: в четвертой части тема войны, взволнованно и вызывающе повторенная, отважно переходит в тему грядущей победы, и музыка свободно бушует опять, и немыслимой силы достигает ее торжественное, грозное, почти жестокое ликование, физически сотрясающее своды здания.

Мы победим немцев.

Товарищи, мы обязательно победим их!

Мы готовы на все испытания, которые еще ожидают нас, готовы во имя торжества жизни. Об этом торжестве свидетельствует «Ленинградская симфония», произведение мирового звучания, созданное в нашем осажденном, голодающем, лишенном света и тепла городе, — в городе, сражающемся за счастье и свободу всего человечества.

И народ, пришедший слушать «Ленинградскую симфонию», встал и стоя рукоплескал композитору, сыну и защитнику Ленинграда. А я глядела на него, маленького, хрупкого, в больших очках, и думала: «Этот человек сильнее Гитлера…»

Материал подготовлен на основе информации открытых источников

Дмитрий Дмитриевич Шостакович во время Великой Отечественной войны принимал участие в обороне Ленинграда вместе с другими жителями города — дежурил на крышах домов, строил противотанковые укрепления, работал пожарным-добровольцем (его портрет в пожарной каске был размещён на обложке журнала Time от 20 июля 1942 года). При этом гениальный композитор находил в себе силы заниматься творчеством.

«С болью и гордостью смотрел я на любимый город. А он стоял, опалённый пожарами, закалённый в боях, испытавший глубокие страдания бойца, и был ещё более прекрасен в своём суровом величии. Как было не любить этот город, воздвигнутый Петром, не поведать всему миру о его славе, о мужестве его защитников… Моим оружием была музыка», — вспоминал композитор.

  • Блокадный Ленинград
  • РИА Новости

Симфония войны

Работу над Седьмой симфонией Шостакович начал в первые недели Великой Отечественной войны, а закончил финальную часть и начал готовить произведение к постановке уже в декабре 1941 года. В феврале 1942-го в газете «Правда» вышла статья писателя Алексея Николаевича Толстого о репетиции симфонии.

«Седьмая симфония возникла из совести русского народа, принявшего без колебаний смертный бой с чёрными силами. Написанная в Ленинграде, она выросла до размеров большого мирового искусства, понятного на всех широтах и меридианах, потому что она рассказывает правду о человеке в небывалую годину его бедствий и испытаний. Симфония прозрачна в своей огромной сложности — она и сурова, и по-мужски лирична, и вся летит в будущее, раскрывающееся за рубежом победы человека над зверем», — говорилось в материале.

Премьера прошла 5 марта 1942 года в куйбышевском (ныне самарском) Театре оперы и балета. Через несколько месяцев произведение исполнили за рубежом Лондонский симфонический оркестр и Симфонический оркестр Нью-Йоркского радио.

Концерт под обстрелом

Дирижёр Большого симфонического оркестра Ленинградского радиокомитета Карл Элиасберг предложил исполнить произведение Шостаковича перед жителями осаждённого Ленинграда. Подготовить это мероприятие было непросто: во многом потому, что многие музыканты погибли в дни блокады, у других не нашлось сил для такой работы. Пришлось пригласить музыкантов из военных частей. На улицах появились афиши: «Дирижёр Элиасберг собирает оркестрантов». Партитуру вместе с другим ценным грузом доставил в Ленинград спецборт из Куйбышева.

  • Композитор Дмитрий Шостакович во время работы
  • РИА Новости
  • Михаил Озерский

По словам очевидцев, собравшиеся 9 августа 1942 года в филармонии участники оркестра могли в любой момент упасть в обморок от голода, одежда на них висела. Зрители, среди которых были и представители интеллигенции, и военные, и рабочие, выглядели не лучше. Однако атмосфера в концертном зале царила торжественная: там, несмотря на опасность авиаудара, даже горели люстры. А пока музыканты играли, артиллеристы по приказу командующего Ленинградским фронтом Леонида Говорова подавляли огонь с немецкой стороны. Эта операция получила название «Шквал».

В Ленинграде симфония транслировалась по громкоговорителям и по радио. Её слышал и неприятель. Немцев шокировал тот факт, что блокадники живы и воодушевлены.

Торжество гуманизма

Воодушевление действительно в тот и последующие дни передавалось от одного жителя города к другому и возрождало в людях силу духа и веру в победу. Не зря посетивший мартовскую премьеру скрипач, дирижёр Давид Ойстрах назвал музыку Шостаковича «пророческим утверждением победы над фашизмом», «поэтическим обобщением патриотических чувств народа, его веры в торжество гуманизма и света».

  • Дирижёр Давид Ойстрах
  • РИА Новости
  • Н. Максимов

Весной 1942 года впервые услышала Седьмую симфонию поэтесса Ольга Берггольц.

«Мы давно не плачем, потому что горе наше больше слёз. Но, убив облегчающие душу слёзы, горе не убило в нас жизни. И Седьмая симфония рассказывает об этом, — писала Берггольц. — Её вторая и третья части, тоже написанные в Ленинграде, — это прозрачная, радостная музыка, полная упоения жизнью и преклонения перед природой. И это тоже о нас, о людях, научившихся по-новому любить и ценить жизнь! И понятно, почему третья часть сливается с четвёртой: в четвёртой части тема войны, взволнованно и вызывающе повторённая, отважно переходит в тему грядущей победы, и музыка свободно бушует опять, и немыслимой силы достигает её торжественное, грозное, почти жестокое ликование, физически сотрясающее своды здания. Мы победим немцев. Товарищи, мы обязательно победим их!»

Бессмертная музыка

Седьмая симфония и по сей день считается одним из важнейших произведений Дмитрия Шостаковича. Её записывали такие дирижёры, как Геннадий Рождественский, Рудольф Баршай, Евгений Мравинский, Леонард Бернстайн. На музыку первой части был поставлен одноактный балет «Ленинградская симфония».

21 августа 2008 года оркестр Мариинского театра во главе с Валерием Гергиевым исполнил фрагмент первой части симфонии в Цхинвале, разрушенном грузинскими войсками в результате конфликта между Грузией и Южной Осетией.

Сам Шостакович называл Ленинградскую симфонию наиболее популярным из всех своих произведений и огорчался, что люди не всегда понимают мысль, которую он хотел с его помощью донести.

Путь к цели

Родился виртуоз 25 сентября 1906 года в семье, где уважали и любили музыку. Увлечение родителей передалось сыну. В 9 лет, после просмотра оперы Н. А. Римского-Корсакова «Сказка о царе Салтане», мальчик заявил, что намерен серьезно заниматься музыкой. Первым преподавателем стала мать, которая учила игре на фортепиано. Позже она отдала мальчика в музыкальную школу, директором которой был известный педагог И. А. Гляссер.

Позже между учеником и учителем возникли недоразумения относительно выбора направления. Наставник видел парня пианистом, юноша мечтал стать композитором. Поэтому в 1918 году Дмитрий покинул училище. Возможно, если бы талант остался учиться там, мир сегодня не знал бы такого произведения, как 7 симфония Шостаковича. История создания композиции — значительная часть биографии музыканта.

Мелодист будущего

Следующим летом Дмитрий пошел на прослушивание в Петроградскую консерваторию. Там его заметил известный профессор и композитор А. К. Глазунов. История упоминает, что этот человек обратился к Максиму Горькому с просьбой посодействовать со стипендией для юного таланта. На вопрос о том, хорош ли он в музыке, профессор честно ответил, что стиль Шостаковича ему чужой и непонятный, но это — тема будущего. Так, осенью парень поступил в консерваторию.

Но только в 1941 году была написана Седьмая симфония Шостаковича. История создания этого произведения — взлетов и падений.

Всеобщая любовь и ненависть

Еще учась, Дмитрий создавал значительные мелодии, но только по завершении консерватории написал свою Первую симфонию. Произведение стало дипломной работой. Газеты называли его революционером в мире музыки. Вместе со славой на молодого человека обрушилась масса негативной критики. Тем не менее, работать Шостакович не прекращал.

Несмотря на удивительный талант, ему не везло. Каждая работа проваливалась с треском. Много недоброжелателей остро осудили композитора еще до того, как вышла 7 симфония Шостаковича. История создания композиции интересна — виртуоз сочинил ее уже на пике популярности. Но до этого, в 1936 году, газета «Правда» жестко осудила балеты и оперы нового формата. По иронии судьбы под горячую руку попала и необычная музыка из постановок, автором которой был Дмитрий Дмитриевич.

Страшная муза Седьмой симфонии

Композитора преследовали, произведения запретили. Четвертая симфония стала болью. Некоторое время он спал одетым и с чемоданом возле кровати — музыкант боялся ареста в любой момент.

Тем не менее, паузы не делал. В 1937 году выпустил Пятую симфонию, которая превзошла прошлые композиции и реабилитировала его.

Но открыла мир переживаний и чувств в музыке другая работа. Трагической и драматичной была история создания 7 симфонии Шостаковича.

В 1937 году он ведет занятия по композиции в Ленинградской консерватории, позже получает звание профессора.

В этом городе его застает Вторая мировая война. Встретил ее Дмитрий Дмитриевич в блокаде (город окружили 8 сентября), далее его, как и других деятелей искусств того времени, вывезли из культурной столицы России. Эвакуировали композитора с семьей сначала в Москву, а затем, 1 октября, в Куйбышев (с 1991 года — Самара).

Старт работы

Стоит отметить, что трудиться над этой музыкой автор стал еще до Великой Отечественной войны. В 1939-1940 годах началась история создания симфонии номер 7 Шостаковича. Первыми, кто услышал ее отрывки, стали ученики и коллеги. Первоначально это была простая тема, которая развивалась со стуком малого барабана. Уже летом 1941 года эта часть стала отдельным эмоциональным эпизодом произведения. Официально симфония стартовала 19 июля. После автор признался, что никогда так активно не писал. Интересно, что композитор делал обращение к ленинградцам по радио, где сообщил о творческих планах.

В сентябре работал над второй и третьей частями. 27 декабря мастер написал финальную часть. 5 марта 1942 года в Куйбышеве впервые прозвучала 7 симфония Шостаковича. История создания произведения в блокаде не менее захватывающая, чем и сама премьера. Играл ее эвакуированный оркестр Большого театра. Дирижировал Самуил Самосуда.

Главный концерт

Мечтой мастера было выступление в Ленинграде. Большие силы потратили для того, чтобы музыка зазвучала. Задача организовать концерт выпала единственному оркестру, который остался в блокадном Ленинграде. Побитый город по каплям собирал в кучу музыкантов. Принимали всех, кто мог стоять на ногах. Много фронтовиков участвовало в выступлении. В город были доставлены только нотные записи. Далее расписали партии и расклеили афиши. 9 августа 1942 года зазвучала 7 симфония Шостаковича. История создания произведения уникальна еще и тем, что именно в этот день фашистские войска планировали прорвать оборону.

Дирижером стал Карл Элиасберг. Был отдан приказ: «Пока будет идти концерт — враг должен молчать». Советская артиллерия обеспечила спокойствие и фактически прикрывала всех артистов. Транслировали музыку по радио.

Это был настоящий праздник для измученных жителей. Люди плакали и аплодировали стоя. В августе симфонию играли 6 раз.

Мировое признание

Через четыре месяца после премьеры работа зазвучала в Новосибирске. Летом ее услышали жители Великобритании и США. Автор стал популярным. Людей со всего мира захватывала блокадная история создания 7 симфонии Шостаковича. За несколько первых месяцев более 60 раз звучала Ее первую трансляцию слушали более 20 миллионов людей этого континента.

Были и завистники, которые утверждали, что произведение не получило бы такой популярности, если бы не драма Ленинграда. Но, несмотря на это, даже самый смелый критик не решался заявить, что работа автора — бездарность.

Были изменения и на территории Советского Союза. Аса называли Бетховеном ХХ века. Мужчина получил Негативно отзывался о гении композитор С. Рахманинов, который говорил: «Всех артистов забыли, остался только Шостакович». Симфония 7 «Ленинградская», история создания которой стоит уважения, покорила сердца миллионов.

Музыка сердца

Трагические события звучат в музыке. Автор хотел показать всю боль, которую ведет за собой не только война, а и Он любил свой народ, но презирал власть, которая им управляет. Его целью стало донести чувства миллионов советских людей. Мастер страдал вместе с городом и жителями и защищал стены нотами. Гнев, любовь, страдание воплотились в таком произведении, как Седьмая симфония Шостаковича. История создания охватывает период первых месяцев войны и старта блокады.

Сама тема — грандиозная борьба добра и зла, мира и рабства. Если закрыть глаза и включить мелодию, можно услышать, как небо гудит от вражеских самолетов, как родная земля стонет от грязных сапог оккупантов, как плачет мать, которая провожает сына на гибель.

Символом свободы стала «Знаменитая Ленинградка» — так ее называла поэтесса Анна Ахматова. С одной стороны стены стояли враги, несправедливость, с другой — искусство, Шостакович, 7 симфония. История создания кратко отражает первый этап войны и роль искусства в борьбе за свободу!

Есть в истории музыки примеры, которые заставляют задуматься, кем же все-таки является музыкант, композитор: человеком, обладающим от природы определенными психологическими особенностями – или пророком?

В конце 1930-х гг. задумал повторить опыт , осуществленный в знаменитом « » – написать вариации на мелодию остинато. Мелодия была простая, примитивная даже, в ритме марша, но с некоторым оттенком «приплясывания». Она казалась безобидной, но темброво-фактурные вариации постепенно превращали тему в сущее чудовище… По-видимому, автор воспринимал это как своеобразный композиторский «эксперимент» – не публиковал, не заботился об исполнении, никому, кроме коллег и учеников, не показывал. Так и остались бы эти вариации «опытным образцом», но прошло совсем немного времени – и не музыкальное, а реальное чудовище явило себя миру.

Во время Великой Отечественной войны Дмитрий Дмитриевич жил одной жизнью со своими согражданами – под лозунгом «Все для фронта! Все для Победы!». Рытье окопов, дежурство во время воздушной тревоги – во всем этом он участвовал наравне с другими ленинградцами. Посвящает он делу борьбы с фашизмом и свой композиторский талант – фронтовые концертные бригады получили немало его аранжировок. Одновременно обдумывает новую симфонию. Летом 1941 г. была завершена ее первая часть, а осенью – уже после начала блокады – вторая. И хотя завершил ее уже в Куйбышеве – в эвакуации – за Симфонией № 7 закрепилось название «Ленинградская», ведь замысел ее созрел в блокадном Ленинграде.

Широкая, «бесконечно» развертывающаяся мелодия главной партии открывает симфонию, эпическая мощь слышится в ее унисонах. Образ счастливой мирной жизни дополняется кантиленной побочной партией – ритм спокойного покачивания в аккомпанементе роднит ее с колыбельной. Эта тема растворяется в высоком регистре у солирующей скрипки, уступая место эпизоду, который обычно именуют «темой фашистского нашествия». Это те самые темброво-фактурные вариации, созданные еще до войны. Хотя поначалу тема, проводимая поочередно деревянными духовыми на фоне барабанной дроби не кажется особенно страшной, ее враждебность темам экспозиции очевидна с самого начала: главная и побочная партии имеют песенную природу – а эта маршевая тема абсолютно лишена таковой. Квадратность, не свойственная главной партии, здесь подчеркнута, темы экспозиции являют собою протяженные мелодии – а эта распадается на короткие мотивы. В своем развитии она достигает колоссальной мощи – кажется, ничто не может остановить эту бездушную военную машину – но неожиданно меняется тональность, и у медных духовых появляется решительная нисходящая тема («тема сопротивления»), вступающая в ожесточенную борьбу с темой нашествия. И хотя не было разработки с участием тем экспозиции (ее заменяет эпизод «нашествия»), в репризе они предстают в преображенном виде: главная партия превращается в отчаянный призыв, побочная – в скорбный монолог, лишь ненадолго возвращаясь в своем первоначальном облике, но в конце части вновь возникает барабанная дробь и отзвуки темы нашествия.

Вторая часть – скерцо в умеренном темпе – звучит неожиданно мягко после ужасов первой части: камерная оркестровка, изящество первой темы, протяженность, песенность второй, проводимой солирующим гобоем. Лишь в среднем разделе образы войны напоминают о себе страшной, гротескной темой в ритме вальса, переходящего в марш.

Третья часть – адажио с его патетическими, величественными и одновременно проникновенными темами – воспринимается как воспевание родного города, которому посвящена Ленинградская симфония. Интонация реквиема звучит в хоральном вступлении. Драматичностью, напряженностью чувств отличается средний раздел.

Третья часть без перерыва переходит в четвертую. На фоне тремоло литавр собираются интонации, из которых возникает энергичная, стремительная главная партия финала. Трагическим реквиемом звучит тема в ритме сарабанды, но тон финалу задает главная партия – ее развитие приводит к коде, где медные духовые торжественно провозглашают главную партию первой части.

Симфония № 7 впервые прозвучала в марте 1942 г. в исполнении оркестра Большого театра, находившегося тогда в эвакуации в Куйбышеве, дирижировал . Но истинным примером героизма стала ленинградская премьера, состоявшаяся в августе. Партитуру доставили в город на военном самолете вместе с медикаментами, по радио объявили о регистрации оставшихся в живых музыкантов, дирижер искал исполнителей в госпиталях. Некоторых музыкантов, находившихся в армии, отрядили воинские части. И вот эти люди собрались на репетицию – истощенные, с огрубевшими от оружия руками, флейтиста пришлось привезти на санях – у него отнялись ноги… Первая репетиция длилась всего четверть часа – больше исполнители не в состоянии были выдержать. До концерта, состоявшегося через два месяца, дожили не все оркестранты – некоторые умерли от истощения… Исполнить в таких условиях сложное симфоническое произведение казалось немыслимым – но музыканты с дирижером во главе сделали невозможное: концерт состоялся.

Еще до ленинградской премьеры – в июле – симфония прозвучала в Нью-Йорке под управлением . Широко известны слова американского критика, присутствовавшего на этом концерте: «Какой дьявол может победить народ, способный создавать музыку, подобную этой!».

Музыкальные Сезоны

Д.Д. Шостакович «Ленинградская симфония»

Седьмая симфония Шостаковича (Ленинградская) – это великое произведение, отражающее не только волю к победе, но и непреодолимую силу духа русского народа. Музыка представляет собой хронику военных лет, в каждом звуке слышен след истории. Грандиозная по масштабу композиция подарила надежду и веру не только людям, находящимся в блокадном Ленинграде, но и всему Советскому народу.

Узнать, как сочинялось произведение и при каких обстоятельствах было впервые исполнено, а также содержание и множество интересных фактов можно на нашей странице.

История создания «Ленинградской симфонии»

Дмитрий Шостакович всегда был очень чувствительным человеком, он как будто предвосхитил начало сложного исторического события. Так еще в 1935 году композитор начинает сочинять вариации в жанре пассакалья. Стоит отметить, что данный жанр представляет собой траурное шествие, распространенное на территории Испании. По замыслу сочинение должно было повторить принцип варьирования, используемый Морисом Равелем
в «Болеро
». Наброски даже были показаны студентам консерватории, в которой преподавал гениальный музыкант. Тема пассакальи была достаточно простой, но ее развитие создавалось благодаря сухому барабанному стуку. Постепенно динамика нарастала до огромной мощи, что демонстрировало символ страха и ужаса. Композитор был утомлен работой над произведением и отложил его.

Война пробудила в Шостаковиче
желание закончить произведение и привести его к торжествующему и победному финалу. Композитор решил использовать ранее начатую пассакалью в симфонии, она стала большим эпизодом, который строился на вариациях, и заменял разработку. Летом 1941 года первая часть была полностью готова. Тогда композитор начал работу над средними частями, которые были закончены композитором еще до эвакуации из Ленинграда.

Автор вспоминал о собственной работе над произведением: «Я писал ее быстрее, чем предыдущие произведения. Я не мог поступить по-другому, и не сочинять ее. Вокруг шла страшная война. Я всего лишь хотел запечатлеть образ нашей страны, которая так отчаянно сражается в собственной музыке. В первый день войны я уже принялся за работу. Тогда я проживал в консерватории, как и многие мои знакомые музыканты. Я являлся бойцом противовоздушной обороны. Я не спал, и не ел и отрывался от сочинения только, когда дежурил или при возникновении воздушных тревог».

Четвертая часть давалась сложнее всего, так как должна была являться торжеством добра над злом. Композитор ощущал тревогу, война очень серьезно повлияла на его моральное состояние. Его мать и сестра не были эвакуированы из города, и Шостакович очень переживал за них. Боль терзала его душу, он не мог ни о чем думать. Рядом не было никого, кто мог бы вдохновлять его на героический финал произведения, но, тем не менее, композитор собрался духом и завершил произведение в самом оптимистичном духе. За несколько дней до наступления 1942 года, произведение было полностью сочинено.

Исполнение симфонии №7

Впервые произведение было исполнено в Куйбышеве весной 1942. Дирижировал премьерой Самуил Самосуд. Примечательно, что на исполнение в небольшой город приехали корреспонденты из разных стран. Оценка слушателей была дана более чем высокая, сразу несколько стран захотели исполнить симфонию в известнейших филармониях мира, стали поступать просьбы об отправке партитуры. Право первым исполнить сочинение за пределами страны, было поручено знаменитому дирижеру Тосканини. Летом 1942 года произведение было исполнено в Нью-Йорке и имело огромный успех. Музыка разлетелась по всему миру.

Но ни одно исполнение на западных сценах не могло сравниться с масштабами премьеры в блокадном Ленинграде. 9 августа 1942 года, в день, когда по плану Гитлера город должен был пасть от блокады, прозвучала музыка Шостаковича. Все четыре части были проиграны в исполнении дирижера Карла Элиасберга. Произведение звучало в каждом доме, на улицах, так как трансляция велась по радио и через уличные громкоговорители. Немцы были в изумлении – это был настоящий подвиг, показывающий силу Советского народа.



Интересные факты о симфонии №7 Шостаковича

  • Название «Ленинградская» произведение получило от знаменитой поэтессы Анны Ахматовой.
  • С момента написания Симфония №7 Шостаковича стала одним из самых политизированных произведений за всю историю классической музыки. Так, дата премьеры симфонического произведения в Ленинграде была выбрана не случайно. Полная расправа над городом, построенным Петром Великим, была по плану немцев назначена именно на девятое августа. Главнокомандующим раздавались специальные пригласительные билеты в популярный в то время ресторан «Астория». Они хотели праздновать победу над осажденными в городе. Билеты на премьеру симфонии раздавались блокадникам бесплатно. Немцы обо всем знали и стали невольными слушателями произведения. В день премьеры стало понятно, кто победит в битве за город.
  • В день премьеры весь город наполнялся музыкой Шостаковича. Симфония транслировалась по радио, а также из городских уличных громкоговорителей. Люди слушали и не могли скрыть собственные эмоции. Многие плакали от переполнения чувством гордости за страну.
  • Музыка первой части симфонии стала основой балета под названием «Ленинградская симфония».
  • Знаменитый писатель Алексей Толстой написал статью о «Ленинградской» симфонии, в которой не только обозначил сочинение, как торжество мысли о человеческом в человеке, но и разобрал произведение с музыкальной точки зрения.
  • Большинство музыкантов вывезли из города еще вначале блокады, поэтому возникли сложности в том, чтобы собрать целый оркестр. Но все-таки он был собран, и произведение разучено буквально за несколько недель. Дирижировал ленинградской премьерой известный дирижер немецкого происхождения Элиасберг. Таким образом, подчеркивалось, что вне зависимости от национальной принадлежности каждый человек стремится к миру.

  • Симфонию можно услышать в знаменитой компьютерной игре под названием «Антанта».
  • В 2015 году произведение было исполнено в филармонии города Донецк. Премьера состоялась в рамках специального проекта.
  • Поэт и друг Александр Петрович Межиров посвятил данному произведению стихи.
  • Один из немцев после победы СССР над нацисткой Германией признался: «Именно в день премьеры «Ленинградской» симфонии, мы поняли, что проиграем не только битву, но и всю войну. Тогда мы почувствовали силу русского народа, которая могла преодолеть все, и голод и смерть.
  • Сам Шостакович хотел, чтобы симфония в Ленинграде была исполнена его любимым оркестром Ленинградской филармонии, которым управлял гениальный Мравинский. Но подобного не могло произойти, так как оркестр находился в Новосибирске, перевоз музыкантов стал бы слишком затруднителен и мог привести к трагедии, так как город находился в блокаде, поэтому оркестр пришлось сформировать из людей, находившихся в городе. Многие были музыкантами военных оркестров, многие были приглашены из соседних городов, но в итоге оркестр был собран и исполнил произведение.
  • Во время исполнения симфонии была успешно проведена секретная операция «Шквал». Позже участник данной операции напишет стихотворение, посвященное Шостаковичу и самой операции.
  • Сохранилась рецензия журналиста из английского журнала «Time», которого специально отправили в СССР на премьеру в Куйбышеве. Корреспондент тогда написал, что произведение наполнено необычайной нервозностью, он отметил яркость и выразительность мелодий. По его мнению, симфония обязательно должна была прозвучать в Великобритании и по всему миру.

  • Музыка связана с еще одним военным событием, которое произошло уже в наши дни. 21 августа 2008 года произведение было исполнено в Цхинвале. Дирижировал симфонией один из лучших дирижеров современности Валерий Гергиев. Исполнение транслировалось на ведущих каналах России, трансляция также была проведена на радиостанциях.
  • На здании Санкт-Петербургской филармонии можно увидеть мемориальную доску, посвященную премьере симфонии.
  • После подписания капитуляции в одном из новостных выпусков в Европе репортер сказал: «Разве можно победить страну, в которой во время столь ужасных военных действий, блокад и смерти, разрушений и голода люди умудряются написать столь сильное произведение и исполнить его в блокадном городе? Мне, думается, что нет. Это неповторимый подвиг».

Седьмая симфония представляет собой одно из произведений, написанных на исторической основе. Великая Отечественная война пробудила в Шостаковиче желание создать сочиненте, помогающее человеку обрести веру в победу и обретение мирной жизни. Героическое содержание, торжество справедливости, борьба света с тьмой – вот, что отражается в сочинении.

Симфония имеет классическую 4-х частную структуру. Каждая часть имеет собственную роль в плане развития драматургии:

  • I часть
    написана в сонатной форме без разработки. Роль части – экспозиция двух полярных миров, а именно главная партия представляет собой мир спокойствия, величия, строящийся на русских интонациях, побочная партия дополняет главную партию, но в то же время меняет характер, и напоминает колыбельную. Новый музыкальный материал, носящий название «эпизод нашествия» — это мир войны, гнева и смерти. Примитивная мелодия в сопровождении ударных инструментов проводится 11 раз. Кульминация отражает борьбу главной партии и «эпизода нашествия». Из коды становится понятно, что главная партия одержала победу.
  • II часть
    представляет собой скерцо. Музыка содержит в себе образы Ленинграда в мирное время с нотками сожаления о былом спокойствии.
  • III часть
    является адажио, написанное в жанре реквиема по погибшим людям. Война унесла их навсегда, музыка трагична и печальна.
  • Финал
    продолжает борьбу света со тьмой, главная партия набирается энергии сил и побеждает «эпизод нашествия». Тема сарабанды воспевает всех, кто погиб в борьбе за мир, а затем происходит утверждение главной партии. Музыка звучит как настоящий символ светлого будущего.

Тональность до мажор выбрана не случайно. Дело в том, что данная тональность является символом чистого листа, на котором пишется история, и куда она повернет решает только человек. Также до мажор предоставляет множество возможностей для дальнейших модуляций, как в бемольном, так и диезном направлении.

Использование музыки Симфонии №7 в кинофильмах

На сегодняшний день «Ленинградская симфония» достаточно редко используется в кинематографе, но этот факт не уменьшает исторической значимости произведения. Ниже приведены фильмы и сериалы, в которых можно услышать фрагменты знаменитейшего сочинения ХХ века:

  • «1871» (1990);
  • «Военно-полевой роман» (1983);
  • «Ленинградская симфония» (1958).

Седьмая «Ленинградская» симфония — одна из величайших партитур XX века. История ее создания и первых исполнений, сила и масштаб воздействия этой музыки на современников поистине уникальны. Само имя Шостаковича для широкой аудитории оказалось навсегда спаяно со «знаменитой ленинградкой», — так назвала симфонию Анна Ахматова.

Первые месяцы войны композитор провел в Ленинграде. Здесь 19 июля начал работать над Седьмой симфонией. «Я никогда не сочинял так быстро, как сейчас», — признавался Шостакович. До эвакуации в октябре были написаны первые три части симфонии (во время работы над второй частью вокруг Ленинграда замкнулось кольцо блокады). Финал был завершен в декабре в Куйбышеве, где 5 марта 1942 года оркестр Большого театра под управлением Самуила Самосуда исполнил Седьмую симфонию впервые. Спустя четыре месяца в Новосибирске она прозвучала в исполнении Заслуженного коллектива республики под управлением Евгения Мравинского. Симфонию начали исполнять за рубежом — в июне состоялась премьера в Великобритании, в июле — в США. Но еще в феврале 1942-го в газете «Известия» были напечатаны слова Шостаковича: «Моя мечта, чтобы Седьмая симфония в недалеком будущем была исполнена в Ленинграде, в родном моем городе, который вдохновил меня на ее создание». Блокадная премьера симфонии сродни событиям, о которых в былые времена слагались предания, передававшиеся из поколения в поколение.

Главным «действующим лицом» концерта стал Большой симфонический оркестр Ленинградского радиокомитета — так назывался в годы войны нынешний Академический симфонический оркестр Петербургской филармонии. Именно на его долю выпала честь первым сыграть в Ленинграде Седьмую симфонию Шостаковича. Впрочем, альтернативы не было — после начала блокады этот коллектив оказался единственным симфоническим оркестром, который остался в городе. Для исполнения симфонии требовался расширенный состав — к коллективу прикомандировали фронтовых музыкантов. В Ленинград смогли доставить только партитуру симфонии — на месте расписали партии. В городе появились афиши.

9 августа 1942 года — в день, ранее объявленный немецким командованием датой вступления в Ленинград, — под управлением Карла Элиасберга в Большом зале филармонии состоялась ленинградская премьера «Ленинградской симфонии». Концерт прошел, по словам дирижера, «при совершенно переполненном зале» (безопасность обеспечивал огонь советской артиллерии), транслировался по радио. «Перед концертом… наверху установили прожекторы, чтобы согреть сцену, чтоб воздух был потеплее. Когда же мы вышли к своим пультам, прожекторы погасили. Едва показался Карл Ильич, раздались оглушительные аплодисменты, весь зал встал, чтобы его приветствовать… И когда мы отыграли, нам аплодировали тоже стоя… Откуда-то вдруг появилась девочка с букетиком живых цветов. Это было настолько удивительно!.. За кулисами все бросились обниматься друг с другом, целоваться. Это был великий праздник. Все-таки мы сотворили чудо. Вот так наша жизнь и стала продолжаться. Мы воскресли», — вспоминала участница премьеры Ксения Матус. В августе 1942 года оркестр исполнил симфонию 6 раз, четырежды — в Большом зале филармонии.

«Этот день живет в моей памяти, и я навсегда сохраню чувство глубочайшей благодарности к вам, восхищение вашей преданностью искусству, вашим артистическим и гражданским подвигом», — писал Шостакович в адрес оркестра к 30-летию блокадного исполнения Седьмой симфонии. В 1942 году в телеграмме Карлу Элиасбергу композитор был более краток, но не менее красноречив: «Дорогой друг. Большое спасибо. Передай горячую благодарность всем артистам оркестра. Желаю здоровья, счастья. Привет. Шостакович».

«Произошло небывалое, не значащееся ни в истории войн, ни в истории искусства, — “дуэт” симфонического оркестра и артиллерийской симфонии. Грозные контрбатарейные орудия прикрывали собой не менее грозное оружие — музыку Шостаковича. Ни один снаряд не упал на Площадь Искусств, но зато на головы врага из радиоприемников, репродукторов потрясающим всепобеждающим потоком обрушилась лавина звуков, доказав, что дух — первичен. Это были первые залпы по Рейхстагу!»

Е.Линд, создатель музея Седьмой симфонии,

о дне блокадной премьеры

В
годы Великой Отечественной войны не
ослабевал интерес и к настоящему
искусству. Артисты драматических и
музыкальных театров, филармоний и
концертных групп вносили свой вклад в
общее дело борьбы с врагом. Огромной
популярностью пользовались фронтовые
театры и концертные бригады. Рискуя
жизнью, эти люди своими выступлениями
доказывали, что красота искусства жива,
что убить ее невозможно. Среди фронтовых
артистов выступала и мама одного из
наших преподавателей. Мы приводим её
воспоминания
о тех незабываемых концертах
.

Огромной
популярностью пользовались фронтовые
театры и концертные бригады. Рискуя
жизнью, эти люди своими выступлениями
доказывали, что красота искусства жива,
что убить ее невозможно. Тишину
прифронтового леса нарушали не только
артиллерийский обстрел врага, но и
восхищенные аплодисменты восторженных
зрителей, вызывая на сцену вновь и вновь
своих любимых исполнителей: Лидию
Русланову, Леонида Утесова, Клавдию
Шульженко.

Хорошая
песня всегда была верным помощником
бойца. С песней он отдыхал в короткие
часы затишья, вспоминал родных и близких.
Многие фронтовики до сих пор помнят
видавший виды окопный патефон, на котором
они слушали любимые песни под аккомпанемент
артиллерийской канонады. Участник
Великой Отечественной войны писатель
Юрий Яковлев пишет: «Когда я слышу песню
о синем платочке, то сразу переношусь
в тесную фронтовую землянку. Мы сидим
на нарах, мерцает скупой огонек коптилки,
потрескивают в печурке дрова, а на столе
– патефон. И звучит песня, такая родная,
такая понятная и так крепко слитая с
драматическими днями войны. «Синенький
скромный платочек падал с опущенных
плеч…».

В
одной из песен, популярных в годы войны,
были такие слова: Кто сказал, что надо
бросить Песни на войне? После боя сердце
просит Музыки вдвойне!

Учитывая
это обстоятельство, было принято решение
возобновить на Апрелевском заводе
прерванное войной производство
грам­пластинок. Начиная с октября
1942 года из-под пресса предприятия пошли
на фронт грампластинки вместе с
боеприпасами, пушками и танками. Они
несли песню, которая была так нужна
бойцу, в каждый блиндаж, в каждую землянку,
в каждый окоп. Вместе с другими песнями,
рожденными в это тяжкое время, воевал
с врагом и «Синий платочек», записанный
на граммофонную пластинку в ноябре 1942
года.

Начало
формы

Конец
формы

События
1936–1937 гг. на долгое время отбили у
композитора желание сочинять музыку
на словесный текст. “Леди Макбет” стала
последней оперой Шостаковича; лишь в
годы хрущевской “оттепели” он получит
возможность создавать вокально-инструментальные
произведения не “по случаю”, не в угоду
властям. Буквально лишенный слова,
композитор концентрирует творческие
усилия в области инструментальной
музыки, открывая для себя, в частности,
жанры камерно-инструментального
музицирования: 1-й струнный квартет
(1938; всего в этом жанре будет создано 15
сочинений), фортепианный квинтет (1940).
Все самые глубокие, личные чувства и
мысли он старается высказать в жанре
симфонии.

Появление
каждой симфонии Шостаковича становилось
огромным событием в жизни советской
интеллигенции, ожидавшей этих произведений
как подлинного духовного откровения
на фоне убогой, задавленной идеологическим
гнетом официозной культуры. Широкая
масса советских людей, советский народ
знал музыку Шостаковича конечно же
гораздо хуже и едва ли вполне был в
состоянии понять многие сочинения
композитора (вот и “прорабатывали”
Шостаковича на многочисленных собраниях,
пленумах и заседаниях за “переусложненность”
музыкального языка) – и это при том, что
размышления об исторической трагедии
русского народа были одной из центральных
тем в творчестве художника. Тем не менее
кажется, что ни один из советских
композиторов не смог так глубоко и
страстно выразить чувства современников,
буквально слиться с их судьбою, как
Шостакович в своей Седьмой симфонии.

Несмотря
на настойчивые предложения эвакуироваться,
Шостакович остается в осажденном
Ленинграде, неоднократно просит зачислить
его в народное ополчение. Зачисленный,
наконец, в пожарную команду войск
противовоздушной обороны, он внес свой
вклад в оборону родного города.

7-я
симфония, законченная уже в эвакуации,
в Куйбышеве, и там же впервые исполненная,
сразу стала символом сопротивления
советского народа фашистским агрессорам
и веры в грядущую победу над врагом. Так
воспринимали ее не только на Родине, но
и во многих странах мира. К первому
исполнению симфонии в осажденном
Ленинграде командующий Ленинградским
фронтом Л.А.Говоров приказал огневым
ударом подавить вражескую артиллерию,
чтобы канонада не мешала слушать музыку
Шостаковича. И музыка этого заслуживала.
Гениальный “эпизод нашествия”,
мужественные и волевые темы сопротивления,
скорбный монолог фагота (“реквием
жертвам войны”) при всей своей
публицистичности и плакатной простоте
музыкального языка и в самом деле
обладают огромной силой художественного
воздействия.

9
августа 1942 года, осажденный немцами
Ленинград. В этот день в Большом зале
филармонии впервые была исполнена
Седьмая симфония Д.Д. Шостаковича. С тех
пор, как оркестром Радиокомитета
дирижировал К.И.Элиасберг, минуло 60 лет.
Ленинградская симфония была написана
в блокадном городе Дмитрием Шостаковичем
как ответ немецкому нашествию, как
сопротивление российской культуры,
отражение агрессии на духовном уровне,
на уровне музыки.

Музыка
Рихарда Вагнера, любимого композитора
фюрера, одухотворяла его армию. Вагнер
был кумиром фашизма. Его мрачная
величественная музыка была созвучна
идеям реванша и культа расы и силы,
которая воцарилась в те годы в немецком
обществе. Монументальные оперы Вагнера,
пафос его титанических громад: «Тристан
и Изольда», «Кольцо Нибелунгов»,
«Золото Рейна», «Валькирия»,
«Зигфрид», «Гибель богов»–
все это великолепие пафосной музыки
славило космос германского мифа. Вагнер
стал торжественными фанфарами Третьего
рейха, покорившего в считанные годы
народы Европы и шагнувшего на Восток.

Шостакович
воспринимал германское нашествие в
ключе музыки Вагнера, как победную
зловещую поступь тевтонцев. Это чувство
он гениально воплотил в музыкальной
теме нашествия проходит через всю
ленинградскую симфонию.

В
теме нашествия слышны отзвуки вагнеровского
натиска, кульминацией которого стал
«Полет валькирий», полет дев-воительниц
над полем сражения из одноименной оперы.
Ее демоничные черты у Шостаковича
растворились в музыкальном рокоте
набегающих музыкальных волн. Ответом
нашествию Шостакович взял тему Родины,
тему славянского лиризма, которая в
состоянии взрыва порождает волну такой
силы, которая отменяет, сминает и
отбрасывает вагнеровскую волю.

Седьмая
симфония сразу после своего первого
исполнения получила огромный резонанс
в мире. Триумф был всеобщим – музыкальное
поле сражения тоже осталось за Россией.
Гениальное произведение Шостаковича
наряду с песней «Священная война»
стало символом борьбы и победы в Великой
Отечественной войне.

“Эпизод
нашествия”, живущий как бы отдельной
от других разделов симфонии жизнью, при
всей карикатурности, сатирической
заостренности образа совсем не так
прост. На уровне конкретной образности
Шостакович изображает в нем, конечно,
фашистскую военную машину, вторгшуюся
в мирную жизнь советских людей. Но музыка
Шостаковича, глубоко обобщенная, с
беспощадной прямотой и захватывающей
последовательностью показывает, как
пустое, бездушное ничтожество обретает
чудовищную силу, попирая все человеческое
вокруг. Подобная трансформация гротескных
образов: от пошловатой вульгарности до
жестокого всеподавляющего насилия –
не раз встречается в сочинениях
Шостаковича, к примеру в той же опере
“Нос”. В фашистском нашествии композитор
узнал, почувствовал нечто родное и
знакомое – то, о чем он уже давно был
вынужден молчать. Узнав же, со всей
горячностью возвысил голос против
античеловеческих сил в окружающем мире…
Выступая против нелюдей в фашистских
мундирах, Шостакович косвенно нарисовал
портрет и своих знакомых из НКВД, долгие
годы державших его, как казалось, в
смертельном страхе. Война со своей
странной свободой позволила художнику
высказать запретное. И это вдохновляло
на дальнейшие откровения.

Вскоре
после окончания 7-й симфонии Шостакович
создает два шедевра в области
инструментальной музыки, глубоко
трагичных по своему характеру: Восьмую
симфонию (1943) и фортепианное трио памяти
И.И.Соллертинского (1944) – музыкального
критика, одного из самых близких друзей
композитора, как никто другой понимавшего,
поддерживавшего и пропагандировавшего
его музыку. Во многих отношениях эти
сочинения останутся в творчестве
композитора непревзойденными вершинами.

Так,
Восьмая симфония явно превосходит
хрестоматийную Пятую. Считается, что
это произведение посвящено событиям
Великой Отечественной войны и находится
в центре так называемой “триады военных
симфоний” Шостаковича (7-я, 8-я и 9-я
симфонии). Однако, как мы только что
видели в случае с 7-й симфонией, в
творчестве такого субъективного,
интеллигентского композитора, каким
был Шостакович, даже “плакатные”,
снабженные однозначной словесной
“программой” (на которые Шостакович
был, кстати, весьма скуп: бедные музыковеды,
как ни старались, не могли вытянуть из
него ни единого слова, проясняющего
образность его собственной музыки)
произведения загадочны с точки зрения
конкретного содержания и не поддаются
поверхностному образно-иллюстративному
описанию. Что уж говорить о 8-й симфонии
– сочинении философского характера,
которое до сих пор поражает величием
мысли и чувства.

Публика
и официальная критика поначалу приняли
сочинение вполне доброжелательно (во
многом в фарватере продолжающегося
триумфального шествия по концертным
площадкам мира 7-й симфонии). Однако
дерзновенного композитора ждала суровая
расплата.

Все
произошло внешне как бы случайно и
нелепо. В 1947 году стареющий вождь и
Главный Критик Советского Союза
И.В.Сталин вместе с Ждановым и другими
товарищами изволили прослушать на
закрытом представлении последнее
достижение многонационального советского
искусства – оперу Вано Мурадели “Великая
дружба”, с успехом поставленную к этому
времени в нескольких городах страны.
Опера была, надо признать, весьма
посредственной, сюжет – крайне
идеологизированным; в общем, лезгинка
товарищу Сталину показалась весьма
ненатуральной (а уж в лезгинках Кремлевский
Горец знал толк). В результате 10 февраля
1948 года вышло постановление ЦК ВКП(б),
в котором вслед за суровым осуждением
злосчастной оперы лучшие советские
композиторы объявлялись “формалистическими
извращенцами”, чуждыми советскому
народу и его культуре. Постановление
прямо ссылалось на одиозные статьи
“Правды” 1936 г. как на основополагающий
документ политики партии в области
музыкального искусства. Стоит ли
удивляться, что во главе списка
“формалистов” стояла фамилия Шостаковича?

Полгода
беспрестанных поношений, в которых
каждый изощрялся на свой лад. Осуждение
и фактическое запрещение лучших сочинений
(и прежде всего гениальной Восьмой
симфонии). Тяжелый удар по нервной
системе, и без того не отличавшейся
особой устойчивостью. Глубочайшая
депрессия. Композитора доломали.

И
вознесли: на самую вершину официозного
советского искусства. В 1949 г. вопреки
воле композитора его буквально вытолкнули
в составе советской делегации на
Всеамериканский конгресс деятелей
науки и культуры в защиту мира – от лица
советской музыки произносить пламенные
речи в осуждение американского
империализма. Получилось весьма неплохо.
С этих пор Шостакович назначается
“парадным фасадом” советской музыкальной
культуры и осваивает тяжкое и малоприятное
ремесло: разъезжать по самым разным
странам, зачитывая заранее заготовленные
тексты пропагандистского характера.
Отказаться он уже не мог – его дух был
полностью сломлен. Капитуляция была
закреплена созданием соответствующих
музыкальных произведений – уже не
просто компромиссных, а полностью
противоречащих художническому призванию
артиста. Наибольший успех среди этих
поделок – к ужасу автора – снискала
оратория “Песнь о лесах” (на текст
поэта Долматовского), воспевающая
сталинский план преобразования природы.
Он был буквально ошеломлен восторженными
отзывами коллег и щедрым денежным
дождем, пролившимся на него, как только
он представил ораторию публике.

Двусмысленность
положения композитора состояла в том,
что, используя имя и мастерство Шостаковича
в пропагандистских целях, власти при
случае не забывали напоминать ему, что
постановление 1948 года никто не отменял.
Кнут органично дополнял пряники.
Униженный и порабощенный, композитор
почти отказался от подлинного творчества:
в важнейшем для него жанре симфонии
возникает цезура длиной в восемь лет
(как раз между окончанием войны в 1945 г.
и смертью Сталина в 1953-м).

Созданием
Десятой симфонии (1953) Шостакович подвел
итог не только эпохе сталинизма, но и
длительному периоду в собственном
творчестве, отмеченному прежде всего
непрограммными инструментальными
сочинениями (симфониями, квартетами,
трио и др.). В этой симфонии – состоящей
из медленной пессимистически-самоуглубленной
первой части (звучащей свыше 20 минут) и
трех последующих скерцо (одно из которых,
с весьма жесткой оркестровкой и
агрессивными ритмами, предположительно
является своеобразным портретом только
что скончавшегося ненавистного тирана)
– как ни в какой другой, выявилась
совершенно индивидуальная, ни на что
не похожая трактовка композитором
традиционной модели сонатно-симфонического
цикла.

Разрушение
Шостаковичем священных классических
канонов осуществлялось не по злому
умыслу, не ради модернистского
эксперимента. Весьма консервативный в
своем подходе к музыкальной форме,
композитор не мог не разрушать ее:
слишком далеко отстоит его мироощущение
от классического. Сын своего времени и
своей страны, Шостакович был до глубины
сердца потрясен бесчеловечным образом
явившегося ему мира и, не в силах ничего
поделать с этим, погружался в мрачные
размышления. Вот скрытая драматургическая
пружина его лучших, честных, философски
обобщающих сочинений: и хотел бы он
пойти против себя (скажем, радостно
примириться с окружающей действительностью),
но “порочное” нутро берет свое. Повсюду
видит композитор банальное зло –
безобразие, абсурд, ложь и обезличенность,
не в силах противопоставить ему ничего,
кроме собственной боли и скорби.
Беcконечная, вынужденная имитация
жизнеутверждающего мировоззрения лишь
подрывала силы и опустошала душу, просто
убивала. Хорошо, что умер тиран и пришел
Хрущев. Наступила “оттепель” – пора
относительно свободного творчества.